Читать книгу 📗 "Иль Хариф. Страсть эмира (СИ) - Соболева Ульяна "ramzena""

— Она… она заставляла меня делать вещи… Неправильные вещи, — наконец вырвалось у него.

— Какие вещи? — мое терпение на исходе. Я чувствовал, как адреналин бурлит в моих венах. Этот врач держал ключ к разгадке, и я должен был его получить.

— Искусственное оплодотворение, — его голос дрожал. "Она планировала все… с использованием вашего… вашего генетического материала."

Мое сердце на мгновение остановилось.

— Что ты сказал? — мои кулаки сжались так сильно, что костяшки побелели.

— Она хотела ребенка… вашего ребенка. И использовала других женщин для этого…Ваша вторая жена… и Алена… — он говорил, а я чувствовал, как моя душа тонет в отчаянии. Меня беспощадно затошнило, но ярость была сильнее. Холодный пот выступил по спине. Я пошатнулся, как будто меня ударили в солнечное сплетение.

— Как долго это продолжалось? — я едва узнавал свой голос, насколько он был наполнен яростью и болью.

— Годы, — простонал он, по его лицу стекала кровь и попадала ему в рот, он плевался и дергался от ужаса. — Я не мог отказаться… Она угрожала мне.

Я отошел назад, чувствуя, как мир вокруг меня рушится. Самида… Как мне не хватило ума увидеть это раньше? Как я мог допустить, чтобы она так далеко зашла?

— Я ты не думал о том, что сделаю с тобой я, когда узнаю? — прошептал я, повернувшись к врачу. Он сломлен и испуган, но его страх ничто по сравнению с тем, что теперь чувствовал я.

— Сколько раз? — мой голос был почти шепотом, я не мог говорить, мое горло горело огнем.

Врач смотрел на меня, и его глаза были полны слез.

— Много… Много раз, Ахмад. Она была одержима идеей иметь ребенка от вас. Вашего ребенка, который бы принадлежал только ей. Были неудачи, были выкидыши…эмбрионы не приживались.

Я с трудом воспринимал его слова. Это звучало как самый страшный кошмар.

— Аят и Асия? — едва слышно спросил я.

— Да, близняшки…Это плоды искусственного оплодотворения…Это ваши дети и Самиды…"

Мир вокруг меня закачался, будто я стоял на краю пропасти.

— И Алена? — слова застревали в горле.

— И Алена тоже… Она была всего лишь сосудом. Самида убедила ее, что это будет ваш ребенок. Но Алена… она никогда не знала правды.

Я почувствовал, как ноги подкашиваются. Все, во что я верил, все, чем я дорожил… это было ложью. Отравление моей первой жены, то, что из нее делали сумасшедшую и прятали в больницу… а в это время над ней проводили опыты, отношения с Аленой, беременность… Все это было частью жестокой игры Самиды.

— Почему? — это был единственный вопрос, который я мог сформулировать сквозь бурю эмоций, бушующих во мне.

— Она… она хотела власти, Ахмад. Хотела контролировать все. В том числе и вас. Ребенок от вас… это был ее способ укрепить свои позиции, — врач говорил, и каждое его слово было как удар ножом. — она…она любила вас как мужчину…как не жутко это говорить.

Я стоял там, сломленный, пытаясь собрать воедино обломки своей жизни. Самида… Что я сделаю с тобой, Самида? Этот вопрос эхом звучал в моей голове, глядя на врача и слушая его ужасающие откровения.

— Стой, что ты только что сказал? — я не верил, я все еще ни во что не верил. Картинка не складывалась. У меня адски болела голова. Она раскалывалась и по мне градом катился холодный пот.

— Слепота близняшек… это не от отравления. Это генетическая мутация, — врач смотрел на меня с сожалением, словно каждое его слово было тяжелым камнем. Он бросал эти камни в меня и я истекал кровью.

— Генетическая мутация? — я повторил, чувствуя, как мой разум отказывается принимать эту информацию.

— Да, Ахмад. Ваши гены…Кровосмешение. Когда Самида использовала ваши генетические материалы… она не учитывала риски. Риски для ребенка, — его голос дрожал, словно он адски боялся моей реакции. Не зря боялся, потому что он даже не представляет, что я с ним сделаю.

Мои руки сжались в кулаки.

— Ты реально хочешь сказать, что Аят и Асия ЕЕ дети? Мои и ЕЕ?

Врач кивнул, и я почувствовал, как омерзение и гнев во мне нарастает с каждой секундой.

— Я очень сожалею, Ахмад. Я… я не знал, как вам это сказать. Самида… она угрожала моей семье, — он посмотрел на меня, и я увидел в его глазах только животный страх.

— А еще и платила, да? Очень хорошо платила! Моими деньгами! Отрежьте ему руки, ноги, член и закопайте падлу живьем прямо здесь.

— Нет! Ахмад! Не-е-ет! У меня пятеро детей! У меня…

— Самида обеспечила твою семью на несколько жизней вперед!

Сердцебиение участилось, когда я переступила порог кабинета доктора Владиславы Владимировны Устиновой. Свет в комнате был приглушённый, и большой монитор УЗИ занимал центральное место среди медицинского оборудования. Доктор Устинова улыбнулась мне, её взгляд излучал тепло и профессионализм.

— Здравствуйте, Вика. Как вы себя чувствуете? — её голос был спокойным и дружелюбным.

— Немного нервничаю, — призналась я, улыбаясь в ответ и забираясь на процедурный стол.

Доктор Устинова аккуратно подняла край моей рубашки, нанеся холодный гель на живот. Следующие минуты были полны ожидания, пока ультразвуковой датчик плавно скользил по коже, в поисках чёткого изображения малыша внутри меня.

— Вот, посмотрите, — доктор указала на монитор, где мелькали образы. Мое сердце пропустило удар, когда я увидела маленького человечка, который так активно двигался в моём животе.

— Как он? — невольно вырвалось у меня, глаза прикованные к экрану.

— Всё отлично, Вика. Малыш развивается в соответствии со сроком, — доктор улыбнулась, переходя к другим измерениям, проверяя здоровье моего будущего малыша.

И тут она сказала то, что заставило мое сердце запеть от счастья:

— Поздравляю, у вас будет мальчик. Второй сын…Говорят сыновья рождаются только у сильных женщин…но тех, которых нужно защищать.

Мальчик… Эти слова эхом отзывались в моей душе. Слезы радости непроизвольно навернулись на мои глаза. Ещё один мальчик, ещё одна жизнь, которую я обещала оберегать всем сердцем.

— Спасибо, — еле слышно прошептала я, не в силах отвести взгляд от экрана, где мой маленький сын продолжал свои первые танцы, не зная, как много радости он уже принёс в мою жизнь.

После визита к доктору, мир казался мне другим, наполненным новыми красками и ожиданием чуда. Вернувшись домой, я обнаружила Оксану, уже приступившую к подготовке детской комнаты. Следом за мной в дверях появилась и она, вооружённая каталогами мебели и улыбкой до ушей.

— Вика, представляешь, сколько всего нам нужно подготовить! — воскликнула Оксана, разворачивая передо мной страницы с разнообразными кроватками и комодами.

Мы вместе погрузились в мир детских товаров, выбирая идеальную кроватку для моего малыша. Я коснулась живота, представляя, как мой новорожденный сын будет спать в ней, покрытый мягким одеялом, которое я уже успела купить.

— Они будут такими друзьями, — размышляла я вслух, глядя на Сашу, играющего со своими игрушками в уголке комнаты. — Мои мальчики… как они будут играть вместе, смеяться…

Оксана положила руку мне на плечо: Ты будешь замечательной мамой для них обоих, Вика. Твоя любовь и забота сделают их счастливыми. А моя тетя навяжет им кучу носков и пинеток. Это она любит делать.

Мы провели весь день, украшая комнату, выбирая обои с забавными мультяшными персонажами и мягкий коврик, на котором мои сыновья будут играть. Вечером, уставшие, но довольные проделанной работой, мы устроились на диване с чашками ароматного чая.

— Представляешь, Оксана, как это будет… Мои малыши вместе. Это будет новая глава в нашей жизни, — я улыбнулась, ощущая тепло от мысли о своей растущей семье.

— Ты справишься. Я бы сомневалась в ком угодно, но не в тебе. И…присмотрись к Мухаммаду. Ты ему очень нравишься.

— Ксюш…нет, давай не будем об этом. Только не босс.

— А что? Какая разница?

— Он женат кроме всего прочего!

— Пф, ему можно иметь несколько жен. Да и зачем свадьба. Можно жить припеваючи и без нее.