Читать книгу 📗 Венеция. История воды и суши - Маньо Алессандро Мардзо

Это были годы экономического кризиса и общего обеднения венецианцев: в 1286 году 355 семей были вычеркнуты из налоговых реестров, поскольку их доход стал ниже облагаемого налогами, а некоторые приходы по причине бедности даже не могли проводить национальные праздники. Большой совет насчитывал меньше 300 членов, и только два десятка знатных семей были в состоянии оснастить галеру. Именно тогда дожем стал Пьетро Градениго, человек решительный и безжалостный, против которого было организовано два заговора.

Заговор 1310 года провалился. Три главаря должны были привести свои колонны на площадь Сан-Марко, но их намерения раскрыли. Марко Кверини на площади ждала вооруженная группа сторонников дожа и патрициев, и он был убит. Колонна Баджамонте Тьеполо разбежалась, даже не дойдя до площади. Согласно легенде, произошло это из-за старухи, которая толкла соль на окне тяжелой ступой и уронила ее прямо на голову знаменосцу колонны, убив его. Увидев упавшее знамя, заговорщики бежали прочь. Однако более вероятно, что колонну развернули вооруженные сторонники дожа. Тьеполо был приговорен к пожизненному изгнанию. Высадившаяся на материк третья колонна была перехвачена, сам Бадоер арестован, и на следующий день ему отрубили голову между двумя колоннами на Пьяцетте.

После подавления этого заговора в Большой совет были допущены представители неблагородных семей. «Богачи из древних семей согласились на расширение политического участия новых богачей, чтобы у последних исчезла необходимость объединяться с ремесленниками ради возможности получения государственных должностей», — пишет Фредерик Лейн, один из крупнейших исследователей истории Светлейшей республики.

Более долгосрочным последствием заговора Тьеполо стало создание Совета десяти. Изначально он был задуман как специальный трибунал для аристократов, но постепенно его функции расширились, и этот государственный орган начал конкурировать с Сенатом. Совет состоял из 17 человек: в него входили десять избираемых членов, а также дож с шестью советниками. Иногда назначались дополнительные члены, таким образом, состав мог быть расширен до 30 человек. Совет десяти и особенно появившиеся в XVI веке должности трех государственных инквизиторов лягут в основу Черного венецианского мифа, согласно которому этот страшный орган преследовал и истязал венецианцев. Однако в любом случае данный трибунал не стоит путать с римской Инквизицией или Святой палатой, которая занималась преследованием еретиков.

С точки зрения современного права, этот вид высшего трибунала по делам государственной безопасности кажется извращенным: обвиняемый не мог иметь защитника, право на которого обеспечивалось всеми другими трибуналами (для бедняков защита была бесплатной), также он не имел права знать, в каких именно преступлениях его обвиняют. Тем не менее приговоры выносились после серьезных и по большей части грамотных обсуждений. Были и оправдательные приговоры, пусть и нечастые.

Таким образом, ставший постоянным с 1335 года Совет десяти занимался всеми последующими заговорами. Он рассматривал и быстрый, не приведший к жертвам заговор Рождества 1328 года, во главе которого стояли Джакомино и Катальдо Бароцци, и следующий, более серьезный заговор 1355 года, который возглавил дож Марино Фальер.

^{Франсиско Прадилья-и-Ортис. «Портрет дожа Марино Фальера». 1917}

Многие аспекты этого события остаются неясными. Например, непонятно, почему Фальер через несколько месяцев после избрания решил залить свою землю кровью, тем более что ему уже исполнился 81 год. До нас дошла записка Франческо Петрарки, написанная 25 апреля 1355 года, то есть через неделю после казни, в которой поэт говорит о своем непонимании причин, побудивших Фальера искать неведомых перемен, когда его собственные дни подходили к концу. Сегодня мы можем только согласиться с Петраркой.

Рассказывали разные истории об оскорблениях в адрес как Фальера, так и его жены, однако, откровенно говоря, этого явно недостаточно для переворота. Дож действительно был очень вспыльчивым: один из авторов хроник рассказывает, как он дал епископу Тревизо пощечину, от которой «тот почти упал на землю», только за то, что последний опоздал на процессию. Действительно, молодые венецианские патриции всегда отличались невоздержанностью, поэтому весьма вероятно, что Микеле Стено и его друзья на самом деле написали оскорбительные фразы на камине в жилище дожа. Может быть, Марино Фальер разозлился оттого, что молодого Стено приговорили всего к одному месяцу тюрьмы. Однако всего этого недостаточно для объяснения того, что случилось позже.

Более серьезного внимания заслуживает тот факт, что многие участники заговора были моряками: возможно, они хотели мира с Генуей, которому противилась большая часть патрициев, — по крайней мере, так утверждают современные событиям источники. Но и эта версия кажется слабой, хоть и не лишенной логики. Наиболее вероятной причиной по-прежнему остается стремление дожа установить личную диктатуру.

Поводом стала ссора, произошедшая во Дворце дожей между мелким судовладельцем Бертуччо Изарелло, который пользовался большой популярностью среди моряков, и патрицием Джованни Дандоло. Фальер выступил миротворцем, и непонятным образом дож и пополан сошлись на том, что необходимо сбить спесь с высокомерных патрициев. Изарелло нашел 20 заговорщиков, каждый из которых, в свою очередь, завербовал около 40 человек. Однако только пятеро главарей знали свою роль в комедии дожа, среди них Филиппо Календарио, родственник Изарелло, который, как принято считать, был архитектором и строителем части нового Дворца дожей.

По плану, в ночь на 15 апреля 1355 года заговорщики должны были собраться на площади Сан-Марко, вызвать туда патрициев под предлогом ложной генуэзской атаки и перебить их. Не все наемники понимали, что участвуют в заговоре, некоторые действительно считали, что им предстоит защищать дожа и правительство от генуэзцев, поэтому они были оправданы во время последующих процессов. Вечером установленного дня один раскаявшийся предупредил некоего патриция о том, что должно произойти, и оба они побежали к дожу, не имея представления о его истинной роли. Дож, разумеется, попытался отойти в сторону, но ему пришлось вызвать своих советников, которые прибежали во дворец вместе с группой вооруженных аристократов. Возникли подозрения об ответственности Фальера за происходящее. Тем временем собрались остальные патриции, были стянуты войска из Кьоджи, и в ту же ночь заговорщиков арестовали без единого выстрела.

Утром 16 апреля собрался Совет десяти, расширенный 20 дополнительными членами. Изарелло и Календарио были сразу осуждены и повешены между двумя красными колоннами крытой галереи Дворца дожей. В следующие дни повесили еще восемь заговорщиков в арочном пролете со стороны залива. 17 апреля Совет десяти начал процесс по делу дожа, который сначала все отрицал, но в итоге сдался. Днем был вынесен приговор, вечером ему отрубили голову. Приговор был символично приведен в исполнение на площадке лестницы, где дож приносил клятву верности государству (а вовсе не на Лестнице гигантов, поскольку в те времена самой лестницы еще не было). Ему дали время составить завещание на неконфискованное имущество, затем отвели в заполненный патрициями зал Большого совета, заставили спуститься с лестницы и сняли с него головной убор (который уже тогда имел форму рога, о чем свидетельствуют мозаичные изображения его предшественника Андреа Дандоло), символ власти дожа, которым Фальер был всего семь месяцев. Сразу после казни палач вышел на балкон дворца и показал собравшемуся на площади народу окровавленный меч: «Смотрите все, вот справедливость, заслуженная предателем». В книгах Совета десяти страницы, на которых должны были быть записаны решения по процессу над Марино Фальером, остались пустыми (но протоколы должны были существовать в любом случае, возможно, их уничтожили последующие пожары). В зале Большого совета портрет дожа зарисован занавесом с надписью на латыни: «На этом месте было имя Марино Фальера, обезглавленного за совершенные преступления».