Читать книгу 📗 Осторожно, Россия! - Орт Штефан » Страница 36
Чтобы преодолеть на поезде до Курагина расстояние в 250 километров, требуется 9 часов. Меня не сбить с намеченного пути. Я прибываю в четыре часа утра, до пересадки еще пять часов. Меня не сбить с намеченного пути. Кассирша на вокзале обращается со мной так, будто я хочу купить не билет, а ее шестилетнюю дочь. Меня не сбить с намеченного пути. В крошечном привокзальном кафе из мобильника хозяйки заведения раздается худшая песня на свете — «I’m a gummy bear», а местный кофе по вкусу напоминает веджимайт [20] с сахаром. Меня не сбить с намеченного пути. Последователь Виссариона по имени Алекс, у которого я должен остановиться, хоть и договорился со мной о месте встречи и знает время моего прибытия, но не выходит на связь уже несколько дней. Меня не сбить с намеченного пути.
Учение Виссариона — своеобразное смешение основных мировых религий: из христианства взяли любовь к ближнему своему и страх конца света, из индуизма — переселение душ, из ислама — житейские мудрости, оформленные в виде фетв, затем приправили все эзотерическими штучками и добавили веру в пришельцев от уфологов. Вжух, и вот уже тысячи людей решительно рвут со своим прошлым, продают квартиры, машины и переезжают в Сибирь, чтобы стать частью общины.
В основе же лежит философия, оказавшаяся массам ближе, чем другие вероучения, а именно простая жизнь на лоне природы и борьба с эгоистическими побуждениями во имя общего блага. Последователи Виссариона придерживаются строгих правил, стараются поддерживать веганский образ жизни, не курят, не пьют и стремятся питаться лишь тем, что сами вырастили. От использования современных технологий и от денег по возможности отказываются.
Община, в которой люди сами себя обеспечивают всем необходимым на лоне природы, воплощает мечту замотанных жителей городов о простой жизни, и которая, ко всему прочему, весьма складно интерпретирует Божью истину. Можно ли представить себе нечто более соответствующее духу нашего времени?
ОКРОШКА — ОKROSCHKA [O]
Холодный суп, который готовят на кефире или хлебном сброженном напитке — квасе. В него кладут огурцы, картофель, яйца, мясо и травы. Французский дипломат XIX века Эжен-Мельхиор де Вогюэ, который не очень его жаловал (а зря), как-то раз сравнил этот суп с русской душой: это такая же смесь вкусного и отвратительного, причем «вы никогда не знаете, что вы оттуда выловите».
Уже по дороге в Черемшанку мне приходит эсэмэска от Алекса, в которой без какого-либо приветствия значится: «Белый мини-вэн».
Автобус сворачивает направо у скульптуры с символами солнца и въезжает в деревню с ухоженными деревянными домиками. На одном из заборов из штакетника округлыми буквами выложена надпись: «There is no way to happiness» [21]. Когда одна из пассажирок рядом со мной видит, как я фотографирую эту надпись, она замечает: «Раньше тут висело и продолжение, которое звучало: «Happiness is the way» [22]. Сейчас здесь сделали магазин, и эта часть отлетела. Символично, не правда ли?»
На автобусной остановке действительно стоит белый полноприводный мини-вэн марки Nissan. Оттуда выходит поджарый длинноволосый парень, здоровается и представляется Алексом. За исключением кожаных сандалий, вся его одежда белого цвета, вплоть до кепки. На переднем сиденье у него еще одна пассажирка, ей чуть-чуть за тридцать, ее зовут Минна, и она из Финляндии.
Мы забираемся внутрь, Алекс заводит мотор и возвещает: «А сейчас несколько правил». Мы минуем надпись «There is no way to happiness», а затем выезжаем на гравийную дорогу в сторону леса. «Во-первых, никогда не ходи в тайгу в одиночку. Это необычный лес. Здесь уже много кто пропал без вести». Это он про чащу берез и лиственниц за окном. «Во-вторых, первые два-три дня можешь отдохнуть, но потом ты должен будешь помогать. В-третьих, никакого алкоголя, сигарет и мяса. У тебя есть с собой лампа?» А как же. «У нас сейчас нет электричества, только лампы на солнечных батареях в кухне. А сеть ловит у нас только изредка и в определенных местах».
Вскоре среди придорожных кустов показывается старенький знак на въезде в Жаровск. Алекс паркуется на главной улице перед мастерской. Мы направляемся через впечатляющий огород к его желтому деревянному дому, который так и просится на страницы шведского каталога загородной недвижимости. По форме дом представляет собой почти идеально ровный квадрат с четырьмя окнами и красным дымоходом на крыше.
На первом этаже располагаются кухня и гостиная с камином, где для Минны расстелен матрас. Очаг для камина владелец дома выстроил своими руками, он каменщик по профессии, но в настоящий момент преподает английский. Лестница ведет наверх, в комнату, где спит сам Алекс, там же, в другом углу лежит матрас для меня.
Итоги осмотра книжных полок: «Джейн Эйр» Бронте, сказки братьев Гримм, энциклопедия в 28 томах. Среди всего прочего несколько адаптированных произведений англоязычных классиков для использования на уроке, «451 градус по Фаренгейту» Брэдбери, «Записка» Моэма, «Скотный двор» Оруэлла. Экземпляры «Последнего завета» с красными обложками и золотым тиснением стоят отдельно на столике рядом со свечой, четками с золотым крестом, украшенным цветочным узором на манер розария, и фото самого Виссариона. Сразу бросается в глаза его сходство с общепринятым образом Христа. Борода, длинные темные волосы, разделенные на прямой пробор, взгляд, излучающий доброжелательность. На этом конкретном фото у Учителя, как его здесь все именуют, еще и божественно лучистые голубые глаза.
«Минна тебе все тут покажет, а мне нужно отлучиться на два часа», — говорит Алекс и оставляет нас вдвоем.
Минна тоже заехала только погостить, но уже в третий раз, и останется она на несколько месяцев. «Я пишу диссертацию о значимости религии в жизни закрытой общины в рамках социальной антропологии», — объясняет она, смешивая муку, яйца и молоко для блинов. «Это отнимает много сил, потому что по ходу приходится самой задумываться о фундаментальных вещах. И участвовать в бесконечных дискуссиях о том, что истинно, а что ложно. Местные говорят, что один год здесь приравнивается к десяти годам в миру». «Миром» называется все, что лежит за пределами этих пяти деревень.
У Минны длинные каштановые волосы, меланхоличный взгляд и амбиции до небес: она намерена подвести иррациональное под научную основу и параллельно продолжает вести внутреннюю борьбу, пытаясь определить, что же ей ближе — духовный опыт или эмпирический. Пару лет она провела в Москве, поэтому хорошо говорит по-русски. Виссариона она впервые увидела в 2009 году на обложке какого-то журнала. И пришла в восторг, ведь «он выглядел как Христос из детского фильма».
В настоящее время ее интерес к общине не только научный, но и личный. «Здесь время пролетает незаметно, в какой-то момент просто теряешь счет дням. Но дольше трех месяцев я не выдерживаю. Когда вокруг все толкуют про пришельцев, конец света и негативную энергию — на меня находит страх».
Она рассказывает мне, как создавалась община. Виссарион прочитал свою первую проповедь 18 августа 1991 года, за день до путча в Москве, повлекшего за собой распад СССР. В те смутные времена он предложил своим последователям отправиться за ним в Сибирь, чтобы устроить там свое коммунистическое мини-общество с религиозным уклоном. «В 1993 году он предсказал конец света, который должен наступить через 10 лет, максимум — через 15. Спастись смогут лишь те, кто остался в сибирской тайге. Есть даже видео с этим пророчеством, вот только его больше не предлагают к просмотру».
Я интересуюсь, а как же он объяснил, из-за чего будет отложено появление всадников Апокалипсиса. «Учитель говорит: лгать позволено, если ложь во благо. Целью было привлечение как можно большего количества людей в эту общину. Что ему и удалось благодаря этому заявлению».
