Читать книгу 📗 "Весна перемен - Херцог Катарина"

Два часа спустя торт уже был упакован и ждал в ее кабинете. На этом настояла Айла. «Он не станет красивее, если продолжишь над ним работать. Поверь мне! Он и так идеален!» Она обняла Шону, и та не сразу отстранилась, как раньше, а, наоборот, позволила прикоснуться к себе. Ей это даже понравилось. За последние несколько дней дистанция, на которой она предпочитала держать других людей, определенно сократилась. В целом Шона стала гораздо чувствительнее. Вчера по дороге в кафе она даже прослезилась, потому что впервые в этом году увидела вербу, и перестала гладить пальцем пушистую сережку только потому, что мимо своим обычным строевым шагом проходил Колин Уэбстер с докторской сумкой в руке и даже ненадолго остановился, чтобы спросить, все ли с ней в порядке.

Шона посмотрела на часы. Было всего три. Они с Нейтом не могли уехать в Эдинбург раньше шести. Именно сегодня, как ни странно, у папы, который вызвался присматривать за Бонни, был назначен визит к врачу. Шона в нерешительности огляделась, размышляя, как бы ей с пользой провести время до отъезда. Вещи она уже собрала.

— Заканчивай на сегодня, отдохни немного перед отъездом. — Айла верно истолковала ее взгляд. — Никаких возражений! — сказала она, едва Шона открыла рот. — Я прекрасно справлюсь одна, а тебе важно быть в хорошей форме к выходным.

Айла права! Но Шона не могла просто сидеть сложа руки: слишком нервничала. Она собиралась забрать Бонни, которую утром оставила с Нейтом в коттедже «Бэйвью». Долгая прогулка с собакой отвлечет ее, да и Бонни в последние дни уделяли слишком мало внимания.

Перед тем как уйти из «Сладких штучек», Шона ненадолго села за ноутбук. Ей хотелось еще раз ознакомиться с правилами конкурса, хотя она читала их уже сотню раз. Многое нужно учесть: конечно же, тема должна быть хорошо отражена, а торт обязан быть не выше семидесяти сантиметров и не ниже двадцати. Кроме муляжа и других опорных деталей, разрешалось использовать только съедобные элементы, и торт нельзя было публично демонстрировать до церемонии награждения. И так далее. Шона глубоко вздохнула. Хватит уже изводить себя. Она выполнила все правила, а остальное теперь вне ее контроля. Если бы только от этого не зависело так много! Теперь, когда она практически прожила несколько дней в коттедже «Бэйвью», прощаться с домом было бы еще больнее. Особенно учитывая, сколько прекрасных воспоминаний к нему добавилось…

Шона в последний раз проверила почту Мисс Леттрикс. Новых писем не было, зато пришло сообщение от Курта. Он пожелал ей удачи на конкурсе кондитеров и держал за нее кулачки. Больше ничего. С тех пор как он связался с ней в начале недели и извинился за то, что пропал на какое-то время и не брал с собой ноутбук, Курт написал всего несколько предложений. Тон его писем тоже изменился, став каким-то менее естественным. И хотя Шона чувствовала себя довольно глупо, вспоминая, как учащалось ее сердцебиение от писем совершенно незнакомого человека, она немного сожалела об изменившемся поведении Курта и задавалась вопросом, не виновата ли сама в том, что он утратил свою раскованность. Но, возможно, Курт все-таки был женат и просто отхватил от супруги за то, что подолгу торчал за компьютером. Или он жил за тысячи миль от нее и понял, что их переписка ни к чему не приведет.

Но в то же время у Шоны больше не было желания вести с ним переписку. Хотя она и не делала ничего запретного, это казалось ей несправедливым по отношению к Нейту. Поэтому Шона поблагодарила Курта за добрые пожелания и поддержку и закрыла ноутбук. Брать его с собой в поездку на выходные она не планировала.

Бонни уже ждала ее у двери и, когда Шона вышла из машины, так энергично завиляла хвостом, что задрожала всем телом.

— Она уже пять минут сидит и ждет тебя, — сказал Нейт, выйдя из дома и целуя ее. — Кажется, у вас телепатическая связь.

Шона тоже это заметила. Она погладила собаку по голове.

— Ты по-прежнему моя лучшая подруга. Не хочешь прогуляться со мной? — Даже от одной мысли, что не увидит Бонни всего несколько дней, Шона начала тосковать по ней. С тех пор как лабрадорша появилась у нее щенком, они не расставались ни на сутки. — Мне нужно отвлечься перед поездкой, — пояснила она Нейту, поморщившись.

— Волнуешься? — Нейт обнял ее.

Она кивнула.

— Жюри точно будет в восторге. Я видел прошлогодний торт-победитель. Это была кастрюля с омаром внутри и парой картофелин спереди. Считай, победа у тебя в кармане.

Шона невольно улыбнулась:

— Но темой прошлого года была «Еда», поэтому кастрюля и омар показались мне довольно оригинальными.

— У тебя получилось бы гораздо лучше. — Серьезность, с которой он это сказал, ее тронула. — И даже если у жюри полностью отсутствует вкус и они отдадут победу кому-то другому… — Нейт опустил взгляд. — Клаудия заплатит мне комиссионные от продажи, поэтому я дам тебе недостающую сумму на первый взнос. Так что даже в совершенно невероятном случае, если ты не выиграешь, тебе не придется отдавать коттедж «Бэйвью» кому-то другому. — Шона была тронута — еще и потому, что он гуглил прошлогодний торт-победитель. Но в следующее мгновение она осознала, что сейчас сказал Нейт.

— Откуда ты знаешь, что мне нужны призовые деньги на взнос? — резко спросила она.

Глава 36. Шона

— Ты сама мне сказала. — Глаза Нейта забегали.

— Нет, не говорила.

— Значит, кто-то другой сказал.

— Но я никому в этом не признавалась. — Или признавалась? Шона мысленно перебрала всех возможных людей: Грэм, папа, Энн, Вики, Нанетт… Нет! Она точно никому не говорила. Никому, кроме… Пульс Шоны участился, и она вдруг вспомнила фразу, которая смутила ее той ночью на кладбище: Нейт говорил, что, будь у нее машина времени, она бы вернулась в прошлое, чтобы все исправить. Но об этом Шона писала только в письме к Альфи! Нейту она никогда такого не говорила.

— Ты Курт, — одними губами произнесла Шона, пытаясь ясно мыслить, несмотря на шум в голове.

— Курт? Какой Курт? Понятия не имею, о ком ты говоришь.

Нейт всегда был ужасным лжецом.

Его выдавали напряженный тон голоса, закостенелое тело и застывшее лицо.

— Нет, ты все прекрасно знаешь, а теперь перестань мне лгать! — рявкнула Шона. — Ты Курт. Только он знал, что мне нужны призовые деньги на первоначальный взнос за коттедж «Бэйвью», и только ему я писала о своем желании иметь машину времени. Точнее, я писала Альфи. — В горле запершило, она едва могла говорить. — Откуда ты узнал о письме? Откуда узнал, что я Мисс Леттрикс? — Шона села на один из двух складных стульев рядом с маленьким круглым столиком на веранде. Силы покинули ее, и она почувствовала себя сдувшейся резиновой игрушкой.

Нейт придвинул другой стул. С его лица сошла вся краска. Какое-то время он сидел молча, положив руки на колени, а когда заговорил, то не смотрел на Шону:

— Это было в тот день, когда я пришел в кафе предложить свою помощь. Айла сказала, что ты в кабинете, и там стоял твой ноутбук. У тебя была открыта страничка, твой блог. Я узнал его, потому что Хлоя как-то болтала о нем с подружками. Им нравилось его читать. — Он тер ладони. — Потом, сидя в кафе, я заглянул в блог на телефоне и пролистал письма. Удивился, что ты читаешь подобное, — думал, ты не такая. А потом наткнулся на первое письмо. Я сразу понял, что оно от тебя и что ты написала его Альфи. Ты упомянула годовщину его смерти.

— И тебе стало меня жаль, и ты подумал: почему бы не послать Шоне привет из загробного мира, чтобы утешить ее? — Шона была потрясена.

Нейт покачал головой:

— Нет, все было не так. Конечно, я хотел как-то тебя утешить. Я знал, через что ты прошла. Но думаю… — Он сглотнул, а затем продолжил: — Думаю, больше всего я просто хотел быть рядом с тобой. В детстве ты всегда казалась такой сильной, такой непоколебимой. Даже после смерти твоей мамы я ни разу не видел твоих слез. И в том письме Альфи я впервые почувствовал, что узнал тебя настоящую. Потому что ты не пряталась за маской.