Читать книгу 📗 ""Фантастика 2025-119". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Хван Евгений Валентинович"

Девка, видно, хотела тащить его дальше, к себе; но он притормозил. До меня донеслось:

— Да че ты… Да я мигом. Ща, тока закурить у него спрошу, хы-гы!

Отцепившись от девки, оставшейся ждать его на месте, он, слегка покачиваясь, сделал несколько шагов ко мне.

— Еее, пацан! Подь сюда! — с этой наглой, блатной ленцой.

Это знакомо. Потом «Дай закурить», потом «А че в карманах?» или «Че тут ходишь?». Плавали — знаем!

Я шел теперь медленнее, всячески стараясь изобразить робость, но не переигрывать. На мгновение прислушался к ощущениям, — никакого, черт побери, мандража! Мелькнула картинка из вестерна — два ковбоя, злодей и герой, сходятся на пустынной улице под тревожную музыку, разминая пальцы над рукоятками увесистых кольтов. Мелькнула и пропала. Не до понтов.

«Последнее дело, Крыс, в экстриме ловить понты! Надо сразу определиться, что тебе надо — или дело сделать, или понт сорвать, с риском получить дырку в шкурке. Все вместе редко получается, только что в кино, — но там другая реальность.»

Когда до него осталось метров пять-шесть, и я видел уже его пьяно-плотоядную улыбочку (Ну так!.. Не только выпить и потрахаться получится, а еще и поглумиться над лохом, гуляющим в одиночку! — удачный вышел денек!), я вытянул левую руку, и, указывая на девку у него за спиной, тревожно и громко спросил:

— Что это??

Собственно, и без этого маневра я успевал. Одновременно с жестом левой, моя правая рука нырнула под куртку, к кобуре. Сотни раз отработанным движением — я даже окорачивал себя «не спеши, не спеши, не суетись!», — средний палец нырнул в спусковую скобу, большой отстегнул кнопку; и надежная тушка нагана выпала мне в руку. Одновременно проворачивая наган на пальце и направляя на гоблина, я нажал на спусковой крючок — один, второй раз, и третий. Наган звонко и послушно грохнул три раза, выбрасывая из ствола вспышку пламени и искры.

«Не выделывайся, стреляя в перестрелке в голову или в шею. Стрелять по конечностям — это вообще для профессионалов. Бей в фигуру, в центр. Вряд ли твой противник будет в бронежилете!» — вспомнились поучения Толика.

Я успевал, да. Я даже при каждом выстреле корректировал прицел, чтобы влепить именно в центр тушки, не в левую сторону груди, где под курткой у него, я знал, висел обрез. Я опасался повредить обрез, как ни смешно… Визгнула девка. Гоблин стоя словил все три заряда из нагана, и только потом повалился на колени. Упал на бок, и тут же захрипел, и попытался подняться, завозился…

Надо было сказать что-то значительное, типа «Это тебе за Диму-Устоса!» или «Получи, мразь!», — но это я додумал уже потом. Тогда я просто еще раз выстрелил в него, контрольным — в голову.

«Крыс, не надо этих киношных трюков — стрелять в лоб или между глаз! Контроль нужно делать просто „в голову“, — в „центр масс“. Этого достаточно. Все всегда нужно делать самым простым способом, — если ты не Клинт Иствуд и стреляешь не после команды „Тишина на площадке! Мотор!“»

Голова отчетливо дернулась, и он свалился окончательно. Затих. После выстрелов наступила тишина, только поодаль стучали каблуки убегавшей девки.

Наклонился над ним, перевернул с бока на спину. Сунул руку ему под расстегнутую куртку, нащупал теплый металл обреза. Он не доставался, был подвешен в какой-то не то ременной, не то веревочной петле. Как этот урод и вынимать-то его собирался, если быстро? Темно, ч-черт! Все чуть ли не на ощупь. Испачкал руки в крови, испачкал обрез. Пришлось вытереть руки о куртку и штаны гоблина, достать висящий на клипсе на поясе складник и перерезать петлю. Взял обрез, быстро обшарил карманы, не переставая пасти округу.

«Не забывай сечь по сторонам, не увлекайся! Делаешь дело, — но периферическим зрением, слухом, нюхом, шкурой и шерстью — паси вкруговую!»

Нашлось только пять патронов. Тощенькая пачка разномастных денег, тяжеленькая коробочка с чем-то побрякивающим, ключи, зажигалка… Ого, прикольная зажигалка! Потом рассмотрю. Несколько комплектов ключей от машин — на всех понтовые брелки с логотипами известнейших автомарок. Отшвырнул в сторону. Сигареты. Нож — дерьмовый китай, зато очень «крутой» на вид. Начатая пачка презервативов. И все. Даже фонарика у ублюдка не было.

Тщательно вытерев обрез и руки, сначала о его штаны и куртку, потом своим носовым платком, я сунул обрез под полу, и, придерживая левой рукой через карман, потопал домой. Как и ожидал, никто не поинтересовался стрельбой. «Три и один — четыре. Итого в барабане еще три. Пара в обрезе…» — посчитал по дороге, стараясь выбирать темные места, подолгу останавливаясь и прислушиваясь, вглядываясь в темноту. Наган вообще в руке держал, прижав к бедру, чтобы не было издалека видно.

Мне повезло — я добрался до Башни без приключений. Дошел до подъезда, условное количество раз нажал замаскированный звонок.

— Все нормально. По-другому нельзя было. — упрямо повторил Сергей и сел рядом на диван.

Батя молчал. Пара свечей на столе напротив бросали трепещущие блики на стены.

— Если бы я его этот раз не… Не проводил, — то мог его больше вообще никогда не встретить. Не думаю, что он в «Аквариум» часто ходит. Там все дорого слишком. Особенно для такого засранца. Это вообще чудо, что он там нарисовался…

Сергей оживился: — Вообще, в натуре, как… Как чудо какое-то! Ты прикинь, — я как раз Антону рассказывал про Устоса, про всю ту битву, и тут смотрю, — этот входит! Нет, ты прикинь — какова вероятность?? Что именно в этот день, когда мы встречались в «Аквариуме»; именно в то время, что я рассказывал про Устоса… Вот прикинь, какова вероятность??

Отец все не отвечал, задумчиво крутя в руках обрез.

— Мне вообще показалось, что я его «вызвал»… — уже без прежнего воодушевления продолжал Крыс, стараясь в бегающих по лицу отца тенях разобрать выражение его лица.

— Какое-то такое чувство… Своеобразное. Не то, чтобы я вдруг пожелал его увидеть, этого урода; но как-то… Я это так ярко представил, ту махаловку, ну очень ярко, — и тут этот входит… Именно в этот момент! Как вызвал его откуда-то…

— Из преисподней, не иначе. — нарушил молчание Олег, — Вызвал, — и тут же вернул его на прежнее место. Теперь, полагаю, уже навсегда?…

У Сергея отлегло от души, — раз батя начал шутить, значит взбучки не будет.

— Да, думаю, уже не вернется! Три в тушку — одна в черепушку! Все, как Ленин завещал!

— Ленин… Ты уж не бухти про Ленина-то… — проворчал батя, — Ты и не знаешь, кто такой был; да и вообще, — не произноси всуе…

— Кроме шуток, прикинь! — опять воодушевился Сергей, — У меня в голове постоянно прочитывались инструкции. Ну, твои, и Толика. Как идти, что делать. Последовательно. Как у Терминатора — помнишь? Типа, в голове идет строкой инструкция к действию. Классно!

— Серый… — начал батя, — Я понимаю…

— Я не Серый! — быстро перебил Сергей, — Я — Крыс!

— Ладно. Серый… Крыс. Крыс серый… — обстановка разрядилась, батя улыбнулся, я рассмеялся.

— Все же ты сильно рисковал. Я понимаю, — сейчас время такое, мы все рискуем. Каждый день. В то же время риск нужно сводить к минимуму. Вот такие вот импровизации, — они редко до добра доводят. Хорошие экспромты, знаешь ли, долго готовятся. А так — залететь как два пальца об асфальт. Я ничего не говорю — в этом случае, наверное, так и надо было. Устос теперь отомщен. Но, пожалуйста, не рискуй так больше…

— Что это? — как тень бесшумно в комнату вошла мама. Колыхнулось пламя большой свечи, стоящей у стены.

— А тебе дело? — в тон ответил ей батя.

— Это мой сын. Его дела меня волнуют. Все происходящее с ним меня волнует! — что-то она была на взводе. Подслушивала, что ли? — Наша семья…

— Стоп! — батя хлопнул ладонью по цевью обреза, — Нету у нас семьи! Была. Кончилась. По твоей инициативе. Осталась «стая товарищей». Серых. С хвостами.

— Не ерничай! Я просто хочу знать, что это и откуда взялось!

Вот что на нее нашло? Когда у нас появилась пара автоматов, она не задавала таких вопросов, просто приняла как данность, и все. Что на нее нашло, сейчас-то?