Читать книгу 📗 Ночная жизнь (ЛП) - Турман Роб

— Каждые девять месяцев, а не каждые девяносто лет или около того. Это имеет значение — Робин моргнул, затем стряхнул с себя воспоминания о прошлом и взглянул на часы — Извините, товарищи, было приятно вспомнить старые времена с вами, но у меня назначена встреча. На жизнь еще нужно зарабатывать. В наши дни девственницы тратят деньги на вино и обеды. Сногсшибательной внешности и большого члена уже недостаточно.

Я скривил уголок рта в усмешке, когда Нико с притворной серьезностью произнес:

— Да, трагедия эпических масштабов. Однако, несмотря на огромную важность твоей общественной жизни, я не верю, что мы на этом закончили. А ты?

Его ножа, возможно, и не было видно, но Нико был более чем способен донести свою точку зрения и без него. Поправляя галстук, Робин бросил на нас недовольный взгляд и неохотно пообещал — Мы встретимся завтра, хорошо? Приходите около восьми вечера. У меня все равно будет время обдумать ситуацию. Я не держу руку на пульсе, но, возможно, я знаю кого-то еще, кто мог бы это сделать.

Мы уже почти вышли за дверь, когда я обернулся и задал последний вопрос.

— Ломан. Извините… Робин. Ты в последнее время видел кого-нибудь в городе?

Его рука, все еще лежавшая на галстуке, непроизвольно напряглась, как рука приговоренного к смерти в петле палача.

— Здесь? А почему здесь? Катадикадзо^[4], нет. Никогда.

Очень жаль для Робина, очень жаль для всех нас, но никогда становилась намного короче.

Глава 6

Артисты с большой буквы, это совсем другая порода. По моему мнению, они находятся на эволюционной лестнице примерно на пять ступеней ниже вашего местного слизистого монстра, но они были основной частью заработка Нико. К сожалению для нас, неимущих, большие деньги действительно проложили путь к эгоцентричному, возмутительному поведению. Конечно, в случае с Нико такое дерьмо просто слетало с его плеч, как вода с утки-флегматика. Когда ты можешь убить кого-то грязным носком, ты не можешь позволить себе быть беспечным.

Это не означало, что этим психам не удалось выбить из меня все дерьмо.

— Нико, перестань — уговаривал я, как плаксивый двенадцатилетний подросток, в отличие от плаксивого взрослого, которым я был — Зачем тебе понадобилось тащить меня на шоу уродов? Сегодня у меня выходной. Я должен лежать на диване, есть пиццу и смотреть телевизор. Это самый важный момент моей недели. Черт возьми, это конституционное право, данное Богом.

— Спасибо, Джон Хэнкок — Он протянул мне заколку в конский хвост — Собери волосы в хвост. Сегодня ты профессионал. Профессионал в чем, я бы даже не стал гадать, но, по крайней мере, у тебя будет аккуратная стрижка. В любом случае, поскольку наша затея с покупкой машины не увенчалась успехом, мы должны попытаться спасти то, что осталось от сегодняшнего дня. Я не считаю продуктивным твое безделье по поводу развращения ума и тела.

— А кто умер и назначил тебя начальником? — Но я понял, что это безнадежное дело, когда увидела его, и уже ловкими пальцами откидывала волосы назад.

Нико прижал к моей груди наплечную кобуру.

— Никто. Как и все по-настоящему великие диктаторы, я сам захватил эту власть. А теперь заканчивай. Мы уходим через пять минут.

Я надел кобуру с двумя ножами. Нико уже убрал свой пятый клинок, но не успел сделать и половины

— На кого мы сегодня работаем?

Это был не первый раз, когда я помогал Нико, и у меня в голове был целый список примадонн, королев драмы и придурков, от которых я искренне надеялся больше никогда не страдать.

— Думаю, я позволю тебе удивиться. Нико натянул свой черный пиджак, вместо галстука надев серую шелковую рубашку — Это сделает прогулку менее утомительной.

— Все так плохо? Черт возьми — Я натянул свой собственный блейзер, чуть более мятый вариант блейзера Нико, который я одолжил у него, когда помогал ему в прошлый раз. Само собой разумеется, я бы не стал тратить на него такие деньги. Если бы случай требовал чего-то большего, чем джинсы и повседневная рубашка, можно было бы с уверенностью сказать, что это меня не интересовало. Раздраженное дерганье за воротник также позаимствованной водолазки никак не помогло избавиться от ощущения, что тебя душат безжалостные руки из полиэстера — Этот Робин Гудбар, ты веришь в его болтовню?

— Я думаю, ты имеешь в виду Робина Гудфеллоу — Раздраженно покачав головой, Нико подошел к полке у дальней стены и достал книгу размером с "Титаник".

У него было слишком много толстых эзотерических книг, все учебные и все посвященные моим исследованиям. Когда мы переезжали, они обычно занимали все заднее сиденье машины. Мифология, древние цивилизации, пять тысяч способов разделать противника на кусочки все это было представлено.

Библиотека Нико разительно отличалась от моей, если мои книги вообще можно было назвать библиотекой. У меня было несколько потрепанных книг в мягкой обложке, исключительно художественная литература. Там были вестерны с полуголыми девушками из салуна на обложках, научно-фантастические фильмы с полуголыми трехгрудыми инопланетянками и криминальные детективы с полуголыми роковыми женщинами все, что привлекало мой взыскательный взгляд. Однако, никакого фэнтези и никакого ужаса. Это было бы пустой тратой хорошего дежавю.

— Я знаю, что имею в виду — Я пошатнулся под тяжестью "Большого брата" из "Войны и мира", когда он бросил его мне на руки — Ладно, он определенно не человек, но все равно трудно поверить, что Стадли Макги существовал с тех пор, как по земле бродили динозавры.

— Не все существа эволюционируют с одинаковой скоростью, Кэл. Будь добр — Он начал быстро перелистывать страницы большим пальцем.

Мне пришлось фыркнуть, услышав это.

— Он высокомерный сукин сын. Мелкий, как лужа на парковке, не говоря уже о том, что чертовски тщеславный — Я подавил чихание, когда от страниц донесся затхлый запах одинокой, заброшенной библиотеки — Джорджия сказал мне, что нам нужна машина. Забавно, что мы наткнулись на этого парня, который продавал ее.

— Она это сделала? — Спросил Ник без всякого удивления — Джорджия мудрее, чем мы когда-либо могли себе представить. Возможно, она знала, что Гудфеллоу может нам чем-то помочь — Щадя мое чрезвычайно больное место, он не стал развивать эту тему дальше — В любом случае, Робин, безусловно, в некотором роде павлин, я это признаю. Но, учитывая, как долго он прожил, даже процветал, возможно, у него есть на то причины — Указательный палец опустился на страницу передо мной — Тебе стоит попробовать литературу, в которой есть слова, состоящие более чем из двух слогов, братишка. Возможно, ты чему-нибудь научишься.

— В слове "Сладострастный" больше двух слогов — Перевернув книгу правой стороной вверх, я просмотрела страницу — Как и в слове "нимфоманка" — добавил я, отвлеченная тем, что было передо мной.

Это был Робин в роли Пака. Нет, это был Пан, его более раннее воплощение. В подписи к фотографии говорилось, что снимок сделан с храмовой росписи, обнаруженной в руинах Помпеи. Это не совсем полароидный снимок, но художник, очевидно, был знаком с Робином. Не знал о нем, но был знаком с ним лично. Лукавый блеск в зеленых глазах, дико вьющиеся каштановые волосы, самодовольная похотливая улыбка, это был наш настоящий мужчина.

— Да, но в "мусоре" есть только три — Нико взял книгу и решительно захлопнул её — И твои пять минут истекли. Полагаю, ты пойдешь без обуви?

Мне пришлось надевать свои черные кроссовки, которые больше всего походили на парадные туфли, по очереди, пока я шел по коридору. Выбор был за мной: или идти в носках. Нико никогда не был склонен к пустым угрозам. Пять минут это пять минут, у него были безошибочные внутренние часы... и не было кнопки повтора.

К тому времени, как мы вышли на улицу, я более или менее пришел в себя, но мне все еще было любопытно, с каким-то болезненным предчувствием, о ком мы будем рассказывать сегодня вечером. Думать об этом было проще, чем о том, что мы могли узнать от Робин на следующий день. Говорят, что хуже всего — не знать, и, возможно, в большинстве случаев это правда, но если кто-то и мог доказать, что эта теория неверна, то это был бы я. Убегать от Гренделей было плохо, потерять два года своей жизни, еще хуже. Быть частью существа, настолько извращенного и злобного, что его боялись даже другие легендарные существа, вот что было главным. Или так? Возможно, если бы мы узнали, зачем я появился на свет, выяснили, во что, черт возьми, играют Грендели, наша жизнь стала бы похожа на прогулку в парке.