Читать книгу 📗 Ночная жизнь (ЛП) - Турман Роб

Так что я вернул все это и свои фантазии на место и сосредоточил все свое внимание на текущей работе. Я совершил еще один обход стойки регистрации без происшествий. Поскольку все казалось относительно спокойным и без нападений, я решил сделать небольшой пит-стоп. К сожалению, даже у стальных телохранителей мочевой пузырь слишком похож на человеческий. Подав Нико знак с другого конца зала, я пробрался сквозь толпу, по пути прихватив с серебряного столика грибную начинку с крабами. К тому времени, как я зашел в ванную, от закуски осталось лишь сладкое, дымчатое воспоминание на языке. Вкус, насыщенный и крепкий, соответствовал моему первому впечатлению от ванной.

Стены цвета древнего пергамента сочетались с мраморным полом, пронизанным золотом и насыщенно-коричневым цветом ириса. С потолка свисала люстра почти в натуральную величину, мягко поблескивая топазами приглушенного цвета. Длинная столешница была из цельного куска искусно отполированного дерева, в который были встроены несколько раковин из кованой латуни. В глаза бросалось зеркало, висевшее над всем этим. Обрамленное витой линией из меди и латуни, которая по четырем углам переходила в листья, оно занимало почти всю верхнюю половину стены.

Я сомневался, что когда-либо справлял нужду в таком шикарном месте.

Не впечатленный, мой мочевой пузырь дал мне понять, что лучшего времени, чем сейчас, просто не было. Закончив дела и застегнув молнию, я подошел к раковине вымыть руки. Несколько сложенных полотенец, толстых и ворсистых, висевших на табурете, свидетельствовали о том, что у кого-то еще тоже был перерыв. Рад за тебя, приятель, подумал я. Взяв себе полотенце шоколадного цвета, я вытирался, когда увидел его.

Краем глаза я заметил, как что-то темное скользнуло, едва уловимое, словно манящий палец. Как и большинство вещей, увиденных краем глаза, это заставило мое сердце забиться сильнее, чем то, что я увидел бы лицом к лицу. Полотенце выпало у меня из рук, а нож оказался в моей руке практически сам по себе. Я быстро повернулся, присев на цыпочки и прижав лезвие к телу, чтобы смотреть в лицо… ничего.

То есть ничего, кроме моего собственного отражения. Оно мрачно смотрело на меня, пока мы оба набирали полные легкие воздуха, внезапно ставшего густым и удушающим, как речной ил.

— Черт — пробормотал я.

Я не терял самообладания из-за своего отражения в зеркале, я не был таким нервным. Я отказывался в это верить.

Пока я быстро осматривал ванную, лампочки над головой мигнули, и осеннее золото сменилось бархатистой чернотой. И в этот момент, на кратчайший отрезок времени, мне показалось, что я почувствовал, как воздух коснулся моей кожи, как будто что-то прошло прямо перед моим лицом. Или, может быть, это было дыхание, зловонное и горячее, когда зубы нацелились мне в шею. Я уже вслепую наносил смертельный удар, когда вернулся свет. И снова остались только я и моя тень. По крайней мере, он выглядел таким же робким, каким я себя чувствовал. Я вздохнул, убрал нож и легонько постучал по блестящей поверхности зеркала.

— Алиса, ты там?

В Стране чудес никто не ответил. Если она там была, значит, она была совершенно счастлива в зазеркалье и не собиралась оттуда выходить.

Глава 7

К тому времени, как я пробрался сквозь толпу обратно к Нико, мое сердцебиение нормализовалось, а холодный пот, выступивший на затылке, прошел. Было приятно осознавать, как быстро я смог оправиться от ужаса, вызванного неисправностью освещения в ванной. Я кивнул Нико и незаметно занял свое место позади мисс Ноттингер, которая была бледным солнцем, вокруг которого вращались несколько планет, давно переживших свой расцвет. Она казалась скорее удивленной, чем благодарной за внимание. Просто хотел показать, что есть момент, когда достаточно... то есть денег. Промис отошла от дел, хотя её потенциальные папочки, похоже, не хотели в это верить. Я хотел сказать группе похотливых Мафусаилов, чтобы они бросили это занятие, но вместо этого подавил порыв и смотрел, как Нико растворяется в бурлящей толпе, исчезая из виду. Буквально. Секунда была, секунда прошла. Подарите этому человеку белого тигра и серебристый комбинезон, и он сможет играть в Вегасе. Я могу быть более или менее человеком, в зависимости от вашей точки зрения, но именно у моего брата были способности, которые можно было назвать сверхъестественными.

— Позже, Гудини — пробормотал я в пустоту, а затем попытался ненавязчиво отговорить джентльмена, чьи морщинистые, парализованные руки были слишком амбициозны для его же блага.

Промис задержалась не больше чем на час или около того, ровно настолько, чтобы пройтись по кругу, поразить толпу стариков и сделать пожертвование. Возможно, она зарабатывала свои деньги не совсем обычным способом, но играла по тем же правилам, что и её избранный социальный класс. После того, как она попрощалась с несколькими разочарованными поклонниками, мы вышли из отеля на свежий ночной воздух. Под полуночным небом, в оранжевом свете которого отражались миллионы огней, Промис подняла лицо и тихо сказала:

— Я скучаю по звездам.

Я бросил любопытный взгляд на Нико. Это был первый личный комментарий, который я услышал от этой женщины. И, конечно, я встречался с ней всего дважды, в то время как Нико встречался десятки раз, но, судя по приподнятой брови, он был удивлен этим замечанием не меньше меня. Он уклончиво ответил:

— Слишком много рассеянного света, это само по себе загрязняет окружающую среду — Он указал на её машину и водителя, стоявших у обочины — Может, поедем, мисс Ноттингер?

— Слишком много света — повторила она. Затем, не отрывая взгляда от неба, она быстро завязала шаль — нет. Думаю, нет. Я в настроении прогуляться. Скажи Тимоти, что на сегодня он свободен. Жаль. Ему придется отказаться от привычного сна за рулем.

Я молча поморщился от её лукавого тона, напоминавшего острие шпильки, намазанной теплым медом. У меня было предчувствие, что водитель Тимоти вскоре окажется в очереди на пособие по безработице.

После того, как Нико постучал в окно машины с дымчатым стеклом и сообщил новость, Промис направилась по тротуару на север. Я мог бы сказать, что была королевой среди толпы, но это было не так. Она больше походила на призрака среди неверующих. Она пробилась к нам, фантастическое создание, невидимое и незаметный, внезапно ставшее таким же нематериальным, каким было её великолепие на приеме. В этом она была похожа на Нико, на хамелеона, которого можно было увидеть, только если захотеть. Это был редкий навык, которым обладали только по-настоящему самодостаточные, по-настоящему уравновешенные люди. Познать себя, верно?

Нет, спасибо. Думаю, это была одна из способностей, которую я должен был оставить профессионалам.

Нико опередил Промис, а я замыкал шествие, теперь мои глаза были открыты для более приземленных угроз. Карманники, извращенцы, обычные чудаки, обычная ночная жизнь, все это было возможно, хотя и в меньшей степени в этом фешенебельном районе. Но чем дальше мы шли, тем более вероятным это становилось. И хотя у людей-угроз, возможно, и не было когтей или клыков, некоторые из них все еще испытывали ненасытную жажду крови, которая могла бы соперничать с жаждой любого монстра.

Прогулка Промис начала превращаться в настоящий поход. Сорок минут растянулись на час, и тихий стук её каблучков стал более слышным, когда людей вокруг нас стало меньше. Нико заметил, что я смотрю на часы, и бросил на меня взгляд, полный сурового неодобрения. Едва уловимое и мимолетное, оно все равно заставило меня расправить плечи с внутренним стоном. Работа в баре сделала меня ленивым. Пока не появились Сэмюэль и его друзья, это место превратилось в один долгий восьмичасовой сон. С другой стороны, это была работа. И если бы наша клиентка не поторопилась и не потянула мышцу паха или лодыжку, я бы действительно мог запыхаться. Когда она сказала, что скучает по звездам, я понятия не имел, что она попытается дойти до них пешком.