Читать книгу 📗 Чародей выходит на охоту (СИ) - Рюмин Сергей

Поужинал я на кухне, чем вызвал немалое удивление у официантки-поварихи. На ужин она мне предложила лепешки с мясом и чай. Оказывается, хозяин установил что-то вроде такого порядка: на ужин едят мало, зато на завтрак и обед питаются от пуза. То-то я удивился, когда меня в обед накормили так, что я еле дышал.

В общем, к полуночи все дома спали. Один я валялся на кровати, уткнувшись в экран телевизора. Софа метнулась по дому, вернулась, доложила, что все спят, кроме Фатимы, третьей жены Анвар-бея.

— Телевизор смотрит, — доложила девочка-призрак. — И всё время плачет.

Плачет? Надо же? Неужели в этом доме кто-то всё-таки любил этого монстра? Или была другая причина?

— Я думая, ждать не стоит, — сказал я. — Пойдем. Ты посмотришь, посторожишь.

— О’кей! — ответила Софа и пропала. Где ж она успела нахвататься этих англицизмов?

Осторожно ступая, я подошел к двери кабинета, посмотрел на дверь магическим зрением, отметил два замка, их «язычки», входящие в пазы дверных откосов. Заметил проводку изнутри — сигнализацию. Похоже, два магнита: один на двери, один на откосе. При открывании магниты разъединяются, размыкаются, сигнализация срабатывает. Магнит на откосе двери при разъединении замыкал собой эти самые два проводка.

Мысленно поблагодарил Перуна за его дар способность работать с металлами. И неожиданно в голове кто-то громоподобно хохотнул и рокотнул:

— На здоровье, волхв Антон!

Я на мгновение опешил, потом довольно улыбнулся. Жив батько Перун, жив, курилка!

— А то ж! — громыхнуло в голове.

Провода сигнализации я просто-напросто расплавил. Хотел один, но получилось, что оба. Не рассчитал. Порадовался, что не замкнул.

С язычками замков получилось еще проще. Я их довел до тестообразного мягкого состояния и осторожно потянул дверь на себя. Металл потянулся, как жвачка изо рта.

Прислушался. Вокруг царила тишина. Я замял мягкие язычки — один и второй — замков в дверной косяк, прямо в механизм, шагнул в кабинет и закрыл за собой дверь. Изнутри на двери обнаружился массивный засов, который я не замедлил задвинуть за собой. Теперь меня точно никто не потревожит.

Отсутствие света мне при использовании магического зрения не мешало абсолютно. О чём я сообщил призраку Софы на её наивный вопрос, почему я не включил свет?

Хотя, в принципе, можно было включить: оба окна кабинета были наглухо завешены очень плотными темными шторами.

Все стену напротив массивного письменного стола занимал книжный шкаф с шестью стеклянными дверцами. Полки оказались забиты книгами. Но какими? Сплошь классики марксизма-ленинизма! От Карла Маркса до ПСС товарища Ленина! Плюс работы «современников» — Леонида Ильича, учебников по истории КПСС, философские словари. Венцом книгосборничества была Большая Советская энциклопедия с Советскими энциклопедическими словарями. Ай, да басмач! Ай, да хлопкороб! Только для чего он хранил их именно здесь, куда не пускал, со слов Алика, никого вообще? Неужели читал сам? Политпросвещался, так сказать. Увы, этого уже никогда не узнать. Я ведь даже душу его развоплотил, чтобы исключить возможность перерождения.

Для очистки совести посмотрел содержимое ящиков письменного стола. Пусто. Анвар-бей не оставил ни единой бумажки, что и следовало ожидать.

В железном шкафу-сейфе, в стойках хранилось оружие: несколько пистолетов ПМ, револьверов, четыре помповых ружья с пистолетными рукоятями, два автомата «Калашникова». Всё оружие аккуратно закреплено на стойках. Пустые магазины к пистолетам лежат рядом, магазины к автоматам уложены по четыре в два брезентовых подсумка. Боеприпасы в коробках лежали внизу. Всё, как в армии, один-в-один! Я вспомнил про два автомата: один был в Хороге, другой у развоплощенного охранника-палача (сейчас вместе с пистолетами и ружьем находится у меня в комнате — ха-ха! — под кроватью). Плюс еще снайперская винтовка СВД, которую я оставил в Хороге у погранцов. Неплохой арсенал.

Надо отметить, что шкаф-сейф я не открывал. Воспользовался магическим зрением, для которого тонкое железо не оказалось преградой.

А вот чтобы открыть сейф, точнее, сначала определить, где он спрятан, потом добраться до него, пришлось обратиться к помощи Софочки. Она показала, где находится потайной рычаг, отодвигающий полки с книгами. Далее — перунов дар мне в помощь. Дверь достаточно простенького сейфа я открыл, так же размягчив язычок запирающего замка.

В сейфе я обнаружил четыре пачки новых денежных купюр в банковской упаковке: две сторублевых и две пятидесятирублевых. Отдельно лежала тонкая зеленая ученическая тетрадь в 18 листов в клетку, которую Софа не заметила.

Деньги я бросил на стол. Приберу, как компенсацию за моральный ущерб. Не оставлять же их здесь этим… Перебьются.

Развернул тетрадь. Прочёл несколько строк, перевернул пару листов, еще почитал и усмехнулся. Анвар-бей реально готовился к побегу: всерьез и далеко. А эти записи, видимо, он оставил для того, чтобы органы, если вдруг придут с обыском, потом его особо не искали. Так сказать, компенсация для них. Это был компромат: на некоторых партийных руководителей республики, начальников республиканской и местной милиции, директоров совхозов и председателей колхозов, предприятий и организаций — на всех, кого знал и с кем сталкивался главбасмач, включая даже своих людей: родственников, охранников, помощников, слуг. Старший покойный сын, оказывается, регулярно покуривал канабис, а Юсуф, как и папаша, любил развлекаться с малолетками.

В тетради было изложено всё по образцу: ФИО, чем занимается (разумеется, противоправные действия, а не официальный род занятий), когда и сколько передавалось дензнаков (если такое было), каким имуществом владеет, где тайники (даже и такое было записано!), связи, увлечения (наркотики и пр.). Тетрадь была исписана вся! Конечно же, я её прихватил. Не оставлять же такое местным поборникам правосудия и правопорядка!

На этом моё исследование кабинета ведущего и заслуженного хлопкороба и орденоносца закончилось. Я привел все в порядок и покинул кабинет. Язычки замков сейфа и двери вновь сделал пластичными и постарался заправить в отверстия в металлических пластинах откосов. Получилось, конечно, так себе. Внешне не заметно: дверь кабинета и дверца сейфа вроде закрыты, как будто заперты. Правда, теперь их ключом не открыть. Но если посмотрит эксперт… Удивится, в общем, сильно.

— Фатима не спит, — доложила Софа, сделав очередной облёт дома и окрестностей. — Телевизор включён, но не смотрит. Всё плачет и плачет.

— Ну, и хрен с ней! — отмахнулся я. — Не идти же утешать её, в конце концов! Пусть плачет, пописает поменьше.

Моя скабрезная грубоватая шутка вывала у девочки-призрака взрыв смеха. Я подпёр дверь стулом, уперев спинку стула под ручку двери, не раздеваясь, лег на кровать и немедленно уснул.

Утром меня разбудил стук в дверь. Пришла служанка-повариха-официантка, приглашая на завтрак. Я отодвинул стул, открыл дверь, ответил:

— Через пять минут буду.

— Плов не ешь! — предупредила меня Софа. — Фатима туда каких-то травок насыпала. Она ночью сюда приходила, хотела к тебе в комнату попасть. У неё нож был с собой, длинный такой, узкий, острый. Она его на кухне взяла. Им баранов резали.

— Спасибо, Софка! — поблагодарил я. — Ты самый лучший разведчик в мире!

Призрак довольно скакнул вверх-вниз, заливисто рассмеялся, сделал несколько стремительных кругов вокруг меня и исчез.

Я собрал своё белье, развешанное мною вечером в ванной: за ночь всё успело высохнуть. Сложил в сумку и вместе с ней направился на кухню. Возвращаться сюда я не планировал.

— Вам в гостевой стол накрыли, господин, — тихо сообщила служанка-повариха-официантка.

— Да я здесь перекушу, — отмахнулся я. — Мы люди простые, этикету не обученные.

Служанка-повариха-официантка улыбнулась моей шутке, поставила на обеденный стол тарелку, наложила в неё от души дымящегося плову. У меня даже слюнки потекли. Если б не предупреждение Софы, я бы всё слопал и добавку попросил бы. Я не сомневаюсь, что отравить меня было бы сложно, разве что не каким-нибудь быстродействующим химическим ядом, типа цианистого калия. Но экспериментировать не хотелось.