Читать книгу 📗 Сквозь исчезающее небо (ЛП) - Коулс Кэтрин

Наверное, дело было в ее детстве.

Мы обе выросли не в богатых семьях. Но какими бы строгими ни были мои родители, они всегда заботились, чтобы у меня было все необходимое.

Нова же, по сути, выросла сама.

И я знала: о некоторых вещах из своего детства она предпочитает не говорить.

— Я тебя люблю, — сказала я с улыбкой.

Нова бросила на меня притворно сердитый взгляд.

— Ага, ага. Ты знаешь, что я испытываю к тебе и Бабсу… ну эти… теплые чувства. Хотя слово на букву «л» я никогда не произнесу.

— Лю-ю-ю-блю тебя до Луны и обратно, сестренка.

Нова показала мне средний палец, но затем подняла мизинец.

Я обвила его своим.

Потом мы по очереди поцеловали сжатые кулаки. Наши браслеты дружбы, которые она когда-то сплела, соприкоснулись.

Это была клятва, которую мы придумали в третьем классе на верхушке детской лазалки, когда поклялись отомстить Джонни Куперсону.

И мы справились.

Я отвлекала его, пока Нова насыпала соль в его бутылку с водой.

После этого он больше никогда к нам не приставал.

А наша клятва жила и восемнадцать лет спустя.

Мы всегда прикрывали друг друга.

Мы разжали руки, и Нова шлепнула меня по заднице.

— Давай быстрее, лентяйка. Тот массаж, который ты нам забронировала, уже зовет меня.

— Записываю: походы — нет. Массажи — да, — сказала я со смехом.

— И вино. Вино — это большое да.

— Хорошо, что я забронировала нам завтра экскурсию на винодельню, — крикнула я, ускоряя шаг.

Если мои прикидки верны, до начала тропы оставалось минут двадцать.

— Слава богам бигфута.

Я усмехнулась, когда между деревьями увидела внизу реку.

Майское солнце искрилось на воде, такой прозрачной, что она казалась ненастоящей.

Совсем не такой, как вода в заливе у нас дома.

И тут я заметила их.

Маленькие, нежные, персиково-розовые дикие цветы, выглядывающие из-под деревьев и спускающиеся по крутому берегу к реке.

— Смотри.

Я схватила Нову за руку, не отрывая взгляда.

— Дикие цветы.

— Очень красивые. Прямо как те двадцать пять, которые мы уже видели по дороге, — проворчала Нова.

— Я хочу сделать фото, — сказала я, уже сходя с тропы в кусты.

Нова застонала.

— Ты уже сделала как минимум двести.

— Последние. Обещаю, — крикнула я, пробираясь между кустами и деревьями, стараясь перекричать шум воды.

— Я уже опасно близка к состоянию «злая от голода», — прокричала Нова.

Но за грохотом реки я едва разобрала ее слова.

Я рассмеялась и достала телефон.

Никто не хотел видеть Нову голодной и злой одновременно. Это было страшное зрелище.

Шум воды усиливался, пока я спускалась ниже по склону.

Грохот оглушал — но по-своему красиво.

Это было одно из того, что я больше всего любила в природе: можно потеряться в звуках и видах и на время забыть обо всем, что тянет тебя вниз.

Чем дальше я отходила от тропы, тем больше цветов видела у самой кромки реки.

Я перешагивала через поваленные бревна, обходила кусты — и вскоре оказалась среди цветущего ковра.

Я присела на корточки и сделала несколько снимков маленьких персиковых бутонов, названия которых моя городская душа не знала.

Потом сделала более художественный кадр: река в фокусе, а цветы размыты на переднем плане.

Вот этот точно можно будет распечатать в рамку.

Может, даже на холсте.

Повесить в своей спальне — той самой, где едва помещаются односпальная кровать, комод и тумбочка.

Я выпрямилась.

И в этот момент моя нога задела корень.

Я шагнула назад. Потом еще.

Руки отчаянно размахивали в воздухе.

В последний момент мне удалось броситься вперед, чтобы не свалиться прямо в реку.

Сердце колотилось так, будто вырвется из груди, когда я рухнула на землю на колени и ладони.

Кровь гудела в ушах громче, чем рев воды.

Я прижала ладонь к груди.

— Пометка для себя: не спускаться к реке.

Я сглотнула и убрала дрожащую руку.

Слишком близко.

Я подняла телефон с земли. Он был весь в грязи, но экран уцелел.

Облегчение накрыло меня, когда я начала подниматься обратно к тропе.

Я ушла дальше, чем думала.

И поморщилась, понимая, что Нова наверняка уже злится.

— Тебе будет приятно узнать, что это последнее фото. Честно, — крикнула я в сторону тропы.

Ответа не было.

Вот черт.

Значит, голодная злость уже вступила в силу.

Когда Нова действительно злилась, она замолкала. А ее серые глаза начинали отливать серебром.

Она говорила, что мои янтарные глаза в такие моменты вспыхивают золотом.

Серебро и золото.

Связанная пара.

Как и мы.

Я вскарабкалась по склону.

— Прости. Я уже иду. Я почти погибла в погоне за дикими цветами. Интересно, спас бы меня бигфут? Прямо как в одном из твоих романов про монстров и любовь…

Я оборвала фразу, когда выбралась на тропу и увидела, что там пусто.

— Нова?

Ответом мне были только ветер в ветвях и рев реки за спиной.

Я прошла несколько шагов в одну сторону, заглянула за поворот.

Потом пошла в другую.

Никого.

Мои губы сжались, когда до меня дошло.

— Это не смешно.

Тишина.

Я повернулась по кругу, выискивая хоть какой-нибудь след подруги.

Я была уверена: она прячется за каким-нибудь деревом или валуном и готовит хитрую пугалку в отместку за то, что я задержала ее без перекуса. Ведь все наши снеки остались в машине.

Я пошла по тропе, делая шаг за шагом и внутренне готовясь, что Нова вот-вот выпрыгнет из кустов.

Однажды на Хэллоуин она вместе с Оуэном так меня напугала, выскочив в масках монстров, что я описалась.

Она умела быть безжалостной.

— Если ты сейчас не выйдешь, я съем те лесные Skittles, которые принесла специально для тебя.

Это должно было сработать.

Если у Новы и была слабость, так это эти чертовы конфеты.

Когда я насчитала тридцать шагов, внутри неприятно кольнуло.

— Нова! — крикнула я громче.

В ответ только шум воды и мягкий крик какой-то птицы.

Живот скрутило.

Могла ли она уйти обратно к машине, потому что разозлилась? Но ключи были у меня. Она все равно не смогла бы открыть.

Я еще раз повернулась, оглядываясь вокруг. Но нигде не было ни ее. Ни бежевых шорт с декоративной строчкой. Ни фиолетовой майки с цветами по подолу. Ни фиолетовой банданы, которой она перехватывала волосы. Ни золотого медальона-сердечка на ее шее — того самого, на который я долго копила деньги.

В теле пробежала холодная дрожь. Та самая, когда вдруг понимаешь, что не дышишь.

Я судорожно втянула воздух, стараясь не хватать его слишком быстро. А потом перешла на бег. Рюкзак бился о поясницу и лопатки, пока я мчалась по тропе. Не во весь дух.

Я все еще успевала оглядывать деревья по сторонам и утоптанную землю под ногами.

Но ничего не было.

Двадцать минут, которые, как я думала, займут путь обратно к парковке, превратились в двенадцать.

Небольшая стоянка на шесть машин оказалась почти пустой. Кроме маленького седана, который мы делили с Новой. Но ее самой нигде не было.

Настоящая паника накрыла меня.

Та самая, как тогда, когда Оуэн однажды убежал от меня в огромном Super Target в районе залива. Он думал, что мы играем в самую веселую игру на свете. А для меня эти несколько секунд без него стали половиной жизни. Когда я нашла его, я разрыдалась, прижимая к себе. К нам подошла пожилая женщина, мягко поглаживая меня по спине. Ее темная кожа собралась в морщинки, когда она улыбнулась мне тепло и ласково.

— До выпускного они доведут тебя до пятисот сердечных приступов, но ты справишься, мама.

Сейчас рядом не было той доброй женщины. И не было ни следа моей пропавшей подруги.

— Нова! — закричала я во весь голос, снова крутясь на месте и молясь, чтобы она вдруг появилась. — Ты меня пугаешь!

И Нова не стала бы так поступать. Не по-настоящему. Не дольше чем на короткое «бу!» или шуточный прыжок из-за угла. Потому что она слишком дорожила мной.