Читать книгу 📗 Осторожно, Россия! - Орт Штефан » Страница 33

«Давай попробуем», — говорю я.

«Давай вернемся», — говорит Надя.

«Ты же хотела приключений», — возражаю я.

«То есть ты готов потом звонить в ту компанию, где мы взяли машину, и объяснять им, что мы ее потеряли?» — парирует она.

Хорошо-хорошо, возвращаемся.

Примерно через полчаса мы впервые встречаем других путешественников. Кто-то из местных, на полноприводной Toyota. Над нашим вопросом, можно ли доехать отсюда до Тюнгура, они только посмеиваются: «На такой машине? Да вы с ума сошли».

В следующей машине, которая попадается нам навстречу, сидит семья, с которой мы встретились сегодня утром. «Мы все-таки съездим и сами посмотрим», — говорят они после того, как мы пытаемся их отговорить от повторения наших ошибок. Русский, твое второе имя — упрямство. С другой стороны, у них полноприводный внедорожник. «Есть такая русская пословица, — говорит Надя, уже сидя в машине. — Чем круче джип, тем дальше бежать за трактором». Что означает: если путь в любом случае обернется неприятностями, то с маленькой машиной, по крайней мере, они произойдут быстрее.

Та семья состоит из родителей, тети, дочки, которой не дашь больше двадцати, и внука. «Почему русские женщины вообще так рано заводят детей?» — спрашиваю я Надю.

«Это хорошо влияет на женский организм, да и на само потомство, — отвечает она. — Кроме того, если ты родишь в восемнадцать, в двадцать три все самое трудное будет уже позади, и ты можешь либо пойти учиться либо продвигаться дальше по службе».

«Но многие мужчины за это время успевают сбежать. Я еще нигде не видел столько молодых матерей-одиночек, как здесь».

«Гораздо лучше, если ты разводишься после того, как родишь. В этом случае мужчина должен отдавать 25 % своей зарплаты в качестве алиментов. И потом, ты не проваливаешься в бездну отчаяния, у тебя остается что-то, что придает твоей жизни смысл. Многие женщины пытаются после свадьбы как можно быстрее забеременеть».

Однако, пожалуй, ни в одной стране мира, кроме России, не делают столько абортов. По статистике, каждая россиянка в течение всей жизни прерывает как минимум одну беременность. Эта практика формировалась годами, ведь в 1920 году Россия стала первой страной в мире, где разрешили хирургическое вмешательство такого рода. В настоящее время население сокращается, в связи с чем Православная церковь поощряет многодетные семьи, а президент постановил выдавать каждой женщине, которая родит второго ребенка, по 429 209 рублей (около 6300 евро).

Но вернемся же на нашу гравийную дорогу. Выясняется, что до места нашей сегодняшней ночевки у местного каучсерфера нам нужно отмахать на 300 км больше, чем мы ожидали. И это не единственная проблема. Как в самой Усть-Коксе, так и в Усть-Коксинском районе иностранцам требуется иметь при себе заранее полученное свидетельство о временной регистрации — формальность, о которой я не позаботился. Когда я сообщаю об этом Наде, меня не покидает чувство, что мы с ней могли разыграть отличную сцену в театральной постановке о русских и немецких стереотипах.

Немец: «Давай-ка выработаем план действий на случай задержания».

Русский: «Если ты будешь так париться, все точно пойдет наперекосяк».

Немец: «Я парился бы гораздо меньше, будь у нас план».

Русский: «Да ладно тебе. Все будет в порядке».

Немец: «Просто скажем, что мы тут проездом и сбились с пути, хорошо?»

Русский: «Мороженого хочется».

Немец: «Откуда тут взяться мороженому? Мы едем уже не один час и пока еще даже ни одного кафе не видели».

Русский: «Мороженку. Шоколадную».

Не проходит и десяти минут, как на обочине у следующего села материализуется не что иное, как палатка с мороженым. С морозильной камерой, забитой под завязку.

«Вот видишь», — говорит русский.

Место с хорошей энергетикой

Я вырос в городе и до сих пор никогда не гостил в доме с садом, где стоит настоящий колодец. С бревном в качестве ворота, на котором крепится ведро, — техника, проверенная веками. На глубине восьми метров — особенная вода из особенной реки. «Катунь имеет больше целительных свойств, чем Ганг, — говорит Ирина, у которой мы остановились в Усть-Коксе. — Достаточно однажды здесь искупаться, чтобы это почувствовать». Во дворе ее дома также находится сарай, набитый допотопными инструментами, и сортир. «Я снимаю этот дом у одного 87-летнего старовера и плачу ему 2000 рублей в месяц», — говорит она. Что в пересчете составляет 28 евро. Староверы откололись от Русской православной церкви. В 1807 году несколько из них основали Усть-Коксу, надеясь укрыться среди гор от приверженцев официальной религии. В Сибири и по сей день хватает деревень староверов, где нет электричества и водопровода. Я бы очень хотел побывать в такой деревне, но в Интернете эта категория не отличается особой активностью, поэтому женщина, которая снимает дом у старовера, — второй по привлекательности вариант.

«Вы — мои первые гости», — говорит Ирина и заваривает нам вручную собранный чай. Ей тридцать лет, убежденная вегетарианка, в одежде ярких цветов она смахивает на хиппи. Год назад Ирина приехала на Алтай из Санкт-Петербурга, решив вырваться на волю из большого города, и сейчас занимается искусством. Ее конек — роспись по дереву, которое она украшает старинными русскими орнаментами и фантастическими узорами из цветов и обклеивает цветными камешками. Помимо всего прочего, ее интересуют чакры, места силы, календарь майя и вокальное шоу «Голос».

А еще целебные травы. Это главный двигатель экономики в Усть-Коксе, по крайней мере до тех пор, пока здесь снова не откроется крошечный аэропорт и не приедут любители побродить по горам. Каждый год местные два месяца проводят за сбором родиолы. Здесь ее называют «золотым корнем» и используют в качестве средства от усталости и депрессий. Совсем недавно американские ученые доказали, испытав действенность родиолы на мушках дрозофилах, что она увеличивает продолжительность жизни на 24 % процента. Неудивительно, что за этим растением сейчас гоняются не только в Сибири. Как и за так называемым «красным корнем» — сладковатым растением наподобие клевера, который способствует укреплению нервной системы и повышает либидо. Однако оно должно набирать силу в течение 30 лет, перед тем как его можно будет использовать в лечебных целях. Красного корня осталось так мало, что его занесли в Красную книгу как растение, находящееся под угрозой исчезновения, в связи с чем его запрещается рвать в диких условиях. Впрочем, местные власти охотно закрывают глаза на незаконный сбор за определенный процент с продаж, фармаиндустрия, выступающая покупателем, также не задает лишних вопросов. «Некоторые зарабатывают таким образом 100 000 рублей за пару недель, то есть 1400 евро. И весь оставшийся год им можно больше не работать», — рассказывает Ирина.

На Алтае низкие цены на жилье и другие необходимые для жизни вещи. По словам Ирины, менее чем за 500 000 рублей здесь можно купить себе домик, как у нее, без ванной и сливной канализации, зато с электричеством. У одной ее знакомой есть даже собственный душ. «Я к ней иногда хожу мыться», — говорит Ирина. Уроженец Гамбурга вроде меня может только мечтать о таких ценах на недвижимость. Если бы сибирские зимы не были такими суровыми, я бы всерьез задумался о переезде сюда насовсем.

Та же мысль 90 лет тому назад пришла в голову Николаю Рериху, одному из самых известных русских пейзажистов, который также зарекомендовал себя как философ, писатель, политик и обладатель роскошной белоснежной бороды. Его дом стоит в соседнем селе Верх-Уймон, где сейчас располагается музей. «Это место с хорошей энергетикой», — уверяет Ирина.

Рерих предрекал Алтаю большое будущее. «Кто сказал, что жесток и неприступен Алтай? Чье сердце убоялось суровой мощи и красоты?» — приводятся его слова на одном из музейных стендов.