Читать книгу 📗 Венеция. История воды и суши - Маньо Алессандро Мардзо

Галилей переехал из Пизы в Падую в 1592 году, и 18 проведенных в этом городе лет он с некоторой напыщенностью называл лучшими годами своей жизни. Именно в Падуе окончательно сформировался метод экспериментального познания — до той поры нельзя говорить о системном использовании в науке опытов и измерительных приборов. Галилей обустроил в своем доме самую настоящую лабораторию и лично изготавливал различные инструменты с помощью Маркантонио Маццолени из семьи часовщиков.

^{Юстус Сустерманс. «Портрет Галилео Галилея». Ок. 1640}

Джованни Франческо Сагредо одним из первых начал использовать приборы Галилея для разработки своей термометрической шкалы: его термометр в разгар летней жары показал 360 градусов, температуру снега он определил как сто градусов, а смеси снега и соли — как ноль. Вероятно, именно смесь снега и соли стала для Сагредо точкой отсчета для определения нулевого значения температуры.

До Галилея свободные и механические искусства были разделены. Те, которые занимались первыми, то есть художники (и этим объясняется, почему всех неюристов называли художниками), считались производящими знание, тогда как занимавшиеся вторыми — ремесленники — изготавливали полезные практические инструменты. Галилей поставил инструмент и его производителей на службу познания, поскольку сделанные в его лаборатории приборы продавались студентам, Двумя самыми важными изобретениями, вышедшими из лаборатории Галилея в Падуе, были геометрический и военный компас, созданный между 1597 и 1598 годами, и телескоп, изготовленный в 1609 году. Компас не только служил для точного наведения артиллерийских орудий, что было очень важно в то время, но и стал самым совершенным инструментом для всех механических расчетов. Первый опубликованный труд Галилея связан как раз с этим изобретением: «Наставление по применению геометрического и военного компаса», нечто вроде сборника инструкций, было напечатано в 1606 году тиражом всего 60 экземпляров, и Галилей продавал его вместе со своим компасом.

Тем временем, как пишет Винченцо Вивиани, флорентийский математик и ученик Галилея, «в апреле или мае 1609 года в Венеции, где тогда находился Галилей, распространился слух о том, что некий голландец представил графу Маурисио де Нассау очки, благодаря которым далекие предметы казались близкими». Галилей поспешил в свою лабораторию в Падуе, чтобы быстро изготовить «зрительную трубу» из линз стекольных мастерских острова Мурано, который тогда был главным европейским центром по производству стекол для очков. Через несколько дней он вернулся в Венецию, чтобы показать свое изобретение. Вместе с несколькими патрициями Галилей поднялся на кампанилу собора Святого Марка, откуда они смогли разглядеть заходившие в лагуну корабли и даже, как говорят, людей в Кьодже. В архиве Фрари хранится представленный Сенату отчет об этом событии: зрительная труба «настолько приближает предметы и представляет их такими большими и отчетливыми, что то, что находится на расстоянии девяти миль, предстает взгляду так, как если бы оно находилось на расстоянии всего одной мили».

^{Джузеппе Бертини. «Галилео Галилей демонстрирует телескоп дожу Венеции». Фреска на вилле Андреа Понти в Варезе. 1858}

^{Первый телескоп Галилея. 1609}

Телескоп позволил Галилею определить неравномерность лунной поверхности, понять, что Млечный Путь состоит из множества звезд, а также открыть четыре спутника Юпитера, которые он назвал «планетами Медичи» в честь тосканской семьи великих герцогов. Поразительные результаты его открытий в 1610 году были опубликованы в Венеции, в трактате под названием «Звездный вестник», благодаря которому его имя стало известно всей Европе. В том же 1610 году Галилей вернулся преподавать в Пизу. В Падуе его место занял врач из Каподистрии Санторио Санторио, создавший термометр для измерения температуры тела: он стал первым врачом, который связал изменение температуры тела с состоянием здоровья пациента.

Необходимо также упомянуть о дружбе Галилея с Паоло Сарпи, еще одной важной фигурой Венеции того времени. Именно ему Галилей сообщил в письме 1604 года об открытии закона падения тел. Сарпи был теологом и юристом, именно его Светлейшая республика избрала своим богословом в споре с папой, который привел к Венецианскому интердикту 1606 года. Речь идет о периоде жесточайшего противостояния церкви и Венецианского государства, причиной которого были убежденность патрициев во враждебных намерениях папы по отношению к Венеции, а также их желание вывести республику из клещей австрийских Габсбургов (находившихся на ее альпийских границах) и Испании (контролировавшей Милан). Конфликт еще более обострился, когда в 1606 году дожем стал представитель этой группы патрициев Леонардо Донато. Одним из следствий Венецианского интердикта стала так называемая «литературная война», а именно беспрецедентная печатная кампания, в результате которой было опубликовано 155 различных работ в 321 издании как «за», так и «против» доктрины Римской церкви; их общий тираж оценивается от 300 до 600 тысяч экземпляров. Эти книги стремительно распространились не только по венецианским и папским территориям, но и по всей Европе, поскольку большая их часть была написана на латыни.

Спустя короткое время после этих событий над Венецией вновь сгустились тучи: в море был еще один большой остров, над которым развевался флаг святого Марка.

Глава 13

ГЕРОИЧЕСКИЙ ВЕК

Потеря Крита и истощение в войне с Османской империей

Крит

26 июня 1645 года на рассвете венецианцы из бастионов критской крепости Канеа (Ханья) увидели в море огромное количество кораблей. Сценарий османского вторжения на Крит (венецианцы называли Кандией и остров, и столицу Ираклион) можно прекрасно реконструировать и сегодня. Крепость Канеа до сих пор существует, вместе со своими стенами, башней и несколькими львами (возможно, убранными подальше с глаз), но называется она Фиркас — от турецкого слова, означающего казарму. В бастионе Сан-Сальваторе и сегодня сохранилась цистерна для сбора дождевой воды, чуть дальше можно увидеть большие каменные ворота, украшенные львом святого Марка; под ним указаны год — 1620-й — и имя венецианского проведитора: Альвизе Брагадин.

При входе в бухту расположен остров Айос Теодорос. Учитывая его стратегическое значение, понятно, почему османам было так важно сразу его захватить. За ним простирается новый порт, на моле располагается мечеть, сегодня превращенная в музей. Старые византийские стены были серьезно повреждены во время немецких воздушных бомбардировок в мае 1941 года, предварявших еще одно вооруженное вторжение на Крит. Дальше видна венецианская гавань, строительство которой началось в 1320 году: сохранилось около десятка крытых доков, где стояли галеры со львом святого Марка. Большой средиземноморский остров, который был венецианским с 1212 по 1669 год, имел для республики огромное значение: здесь выращивали зерновые злаки и сахарный тростник (как и на Кипре), но главное — здесь строили военные корабли и оснащали ту морскую эскадру, которую называли «сердцем нашей Армады».

^{Крепость Фиркас (Ханья) и венецианский маяк}

Сегодня мы не можем даже представить себе стратегическое и политическое значение османского нападения на Кандию. Однако одного взгляда на карту достаточно для понимания того, что Крит представлял собой нечто вроде пробки, закупоривающей вход в воды Эгейского моря: во времена прибрежной навигации он играл ключевую роль в торговых связях Востока и Запада.

О Светлейшей республике многое напоминает и сегодня. Один из венецианских доков стал резиденцией местного парусного клуба, в другом располагается механическая мастерская. Длина этих помещений — около 50 метров, а ширина — около 10; основные черты строений не изменились с венецианских времен. Рядом можно видеть более новое здание, построенное венецианским проведитором Альвизе Гримани в 1585 году: недавно оно было отреставрировано, и внутрь можно попасть через красивый каменный портал XVI века. За стеной виднеется круглая крепостная башня со львом-крабом: ветер и соль сделали его неузнаваемым, превратив почти в сюрреалистическую скульптуру.