Читать книгу 📗 Венеция. История воды и суши - Маньо Алессандро Мардзо

Сражение было выиграно, но война — проиграна. Венецианцам представился подходящий случай для нападения на Константинополь, поскольку османская столица не могла больше рассчитывать на флот, кроме того, в тот момент ее раздирали политические противоречия, связанные с вопросом наследия трона. Один из современников пишет, что османы «боялись увидеть вражескую армию у стен Константинополя, поэтому спешно готовили артиллерию и войска». Венецианцев отделяло от Константинополя всего 138 миль (255 километров). Однако опасения турков не оправдались, и Светлейшая республика упустила последнюю возможность удержать свое господство в Средиземном море.

Ладзаро Мочениго, который потерял в этой битве глаз, поспешил вернуться в Венецию на захваченном вражеском корабле, чтобы объявить о победе. Он зашел в бассейн Сан-Марко, стоя на юте галеры, в доспехах и с повязкой на глазу: для него это был личный триумф. Он будет назначен командующим флотом, несмотря на свои 32 года (Светлейшая республика не спешила вознаграждать юношескую пылкость, предпочитая уравновешенную зрелость). Возможно, только Мочениго обладал необходимым влиянием для того, чтобы повести флот на Константинополь.

Но случилось то, что было очень характерно для XVII века: Грегорио Карафа, командующий семью галерами Мальтийского ордена, заявил, что может подчиняться только генерал-капитану, а не проведитору, и вернулся на родной остров вместе с добычей. Проклятия командующего флотом Адриатики Антонио Барбаро не смогли его остановить.

Тем временем Константинополь воспрял: ответственные за поражение были казнены, началось строительство нового флота, а великим визирем стал албанец Кёпрюлю Мехмед-паша, который совершенно не собирался оставлять инициативу венецианцам. Момент был упущен навсегда.

В 1657 году Ладзаро Мочениго решил повторить то, что Лоренцо Марчелло сделал за год до него. Он со своей флотилией находился в Эгейском море, ожидая прибытия парусных кораблей Винченцо Кверини, и, как только появилась возможность, напал на парусники османов в водах у острова Хиос. Это единственный случай, когда весельные корабли победили парусные. Сражение было жестоким, но венецианцы смогли взять верх: они потеряли 120 человек, потопив 7 кораблей противника и взяв в плен 400 османов.

Ладзаро Мочениго, в награду за это сражение получивший должность прокуратора святого Марка, отправился в сторону пролива, чтобы дождаться выхода оставшегося османского флота. Но на этот раз инициатива принадлежала османам: они дождались момента, когда венецианские галеры ушли за питьевой водой к азиатскому берегу, где их заблокировал встречный ветер. Таким образом, они оказались отрезанными от парусных кораблей, на которых не было воды, на борту пили только вино. Мочениго приказал четырем галерам подойти к кораблям с цистернами воды на буксире. Увидев этот маневр, капудан-паша решил действовать.

17 июля 1657 года береговая артиллерия открыла огонь, и османский флот пошел вперед. Венецианские галеры и парусные корабли были отрезаны друг от друга, погода стояла ужасная, дул сильный ветер. Столкновение превратилось в набор разрозненных ожесточенных сражений и попыток османов прорвать блокаду. В этой жестокой битве погиб капитан галеаса Альвизе Фоскари.

Вечером 19 июля ветер изменился, и венецианцы атаковали. Впереди шла бастарда командующего, как всегда, красная и потому прекрасно узнаваемая. Один из снарядов попал, вероятно, в пороховую бочку в трюме. «Поднялось огромное облако дыма, распространившееся на семь миль, погрузив на целый час в темноту и смрад от серы все корабли», — сообщается в отчете союзнического папского флота. Треснувшая от взрыва мачта упала на голову находившегося на корме Мочениго и убила его на месте. Бой прервался.

На помощь пришел капитан галеры «Тревизана» Гульельмо Авогадро дельи Аццони. Он спас с тонущей бастарды 357 человек, в том числе брата генерал-капитана Франческо, кормовой фонарь, сундук, тело Ладзаро Мочениго и отбуксировал остатки кормовых украшений на остров Тенедос. Взрыв унес около сотни жизней, среди жертв было немало патрициев. В Военно-морском историческом музее Венеции хранится часть кормы бастарды XVII века с изображением закованных в цепи османов, однако неизвестно, принадлежала ли она галере Мочениго или Морозини.

В любом случае сражение закончилось 19 июля 1657 года, а вместе с ним закончилось и наступление венецианцев. С этого момента Светлейшая республика будет только обороняться, вплоть до неизбежного и окончательного поражения.

Морозини Пелопоннесский

Заключительный период Критской войны связан с именем Франческо Морозини. Этот один из самых блестящих и непобедимых военачальников во всей истории Светлейшей республики четыре раза становился командующим флотом и был единственным дожем, который до своего избрания занимал исключительно военные посты.

Критская война шла уже 24 года, и мирные переговоры были единственным выходом. Венецианцы хотели спасти с помощью дипломатии то, чего не могли защитить военным путем. Для этого они должны были делать вид, что у Венеции достаточно сил, чтобы продолжать войну. Морозини был во второй раз назначен командующим флотом и начал переговоры, не дожидаясь дозволения Венеции. По их итогам он подписал не капитуляцию, а самый настоящий мирный договор, хотя и не обладал для этого полномочиями. Венецианскому господству на Крите, которое продолжалось 457 лет, пришел конец. 8 сентября 1669 года Морозини отправил в Венецию депешу, в которой называл этот мирный договор «столь же желанным, сколь и выгодным». Эвакуация прошла спокойно: венецианцы погрузили на свои корабли гарнизон, 400 пушек, украшения и картины из церквей, архивы, провиант и запасы галет. Крит покидали местные патриции, которые были уже больше критскими, нежели венецианскими: их семьи проживали на острове более 400 лет. 29 сентября из порта вышел последний венецианский корабль — бастарда самого Морозини. Османы сразу же зашли в Кандию и первым делом превратили собор в мечеть. Говорят, что великий визирь, увидев состояние города после столь длительной осады, сказал своим генералам: «Мы десять дней говорили о сдаче того, что могли взять за два часа».

Франческо Морозини понимал, что Венеция рисковала потерять на поле боя все. Ему было 52 года, он уехал из Венеции в возрасте чуть более 20 лет в качестве капитана галеры, а вернулся главнокомандующим флотом, однако его обвинили в превышении власти и незаконном обогащении. Он был оправдан — не только потому, что был героем, но и потому что государственные деньги расхищали почти все, чья должность позволяла это сделать, и тогда под суд пришлось бы отправлять весь правящий класс целиком.

^{Бартоломео Надзари. «Портрет дожа Франческо Морозини». Ок. 1750}

Османы сделали все, чтобы о Критской войне позабыли: в 1683 году они осадили Вену, но были отброшены войсками польского короля Яна Собеского и герцога Лотарингского Карла V. В следующем году Венецианская республика заключила союз с Габсбургами и объявила войну Османской империи. Это произошло во второй раз (впервые — в 1463 году), во всех остальных случаях именно османы нападали на венецианские владения. Венеция рассчитывала отомстить за поражение в Критской войне, произошедшее 15 годами ранее, и Франческо Морозини был в третий раз назначен командующим флотом. Целью было завоевание Мореи (Пелопоннеса), и военная кампания получилась триумфальной. Война началась в Далмации, где османы потеряли множество принадлежащих им территорий, а затем продолжилась в Греции. 11 августа 1687 года Сенат принял уникальное в истории республики решение поставить прижизненный памятник герою. Бронзовый бюст Франческо Морозини Пелопоннесского был установлен в Оружейном зале Совета десяти во Дворце дожей. Убранство зала представляло собой нечто вроде экспозиции замечательных вещей, которые, однако, предусмотрительно показывали лишь почетным посетителям (то есть немногим, во избежание культа личности).