Читать книгу 📗 Ведьма Запада мертва (сборник) - Насики Кахо

Назад 1 ... 22 23 24 25 26 Вперед

Перейти на страницу:

Я перечитала записанное, думая, понятно ли получилось. И тут вдруг налетел такой ветер, что весь дом загудел, словно при тайфуне. А потом, так же внезапно, как пришел, дождь сразу закончился. Все это было почти как наваждение. В такие минуты обычно появляется радуга, а потому надо еще раз подняться на холм и помолиться радуге.

Я поспешно вышла из дома. По дороге взглянула туда, где оставила птенца синицы, но его там уже не было. Хотелось бы думать, что он перебрался куда-нибудь в более безопасное место. Пока я добралась до вершины холма, ноги уже промокли, и от земли поднимался запах уходящего лета. Солнце показалось в просвете между облаками, и мир вспыхнул ярким светом. И хотя все вокруг было залито сиянием, сам лес уже не имел летнего лица. Свет был уже по-осеннему мягкий. Как я и думала, в небе появились две маленькие радуги.

Под этим небом сейчас живут моя дочь и ее дочь. Каждая — в своей среде. Выбрать новый путь и идти по нему далеко не так просто, если силы тела и силы духа не держат равновесие. Даже когда понимаешь, что внутри этого баланса нет, иногда все равно ничего больше не остается, кроме как продолжать идти вперед. Время безжалостно.

И все же я буду молиться.

Пусть они сумеют пройти через это испытание.

Один из концов радуги, казалось, поднимался из того места, где часто растет гинрёсо.

В глубине сердца этой девочки живет что-то твердое и тихое, нежное и прекрасное. То же самое было и у ее деда. Оно никому не принадлежит, оно одиноко и гордо. Оно, подобно гинрёсо, рождается из земли, которая разъедает и растворяет в себе все живое. Будто символ трудности этой жизни.

Только бы оно не оказалось раздавлено.

Пусть на ее пути, куда бы она ни шла, чудеса возникают, как радуга, и открывают перед ней дорогу.

До заката оставалось еще одно дело. Я выкопала в саду несколько кустиков хототогиса с бутонами и перенесла их в маленькое «святилище». Это растение приживается неохотно, но, если поймать момент между такими резкими переменами погоды и действовать быстро как молния, оно словно решается, а потом приживается так, будто всегда здесь росло. Я вырыла ямки и посадила кустики почти с молитвой на губах. И вдруг подумала: «Не так ли и он когда-то оставил мне ту лесную землянику, словно пряча ее среди травы?» Я остановилась, села на пенек и закрыла лицо руками. Теплое чувство, как волна, разлилось по всему телу, и на моих губах появилась улыбка. Потом я огляделась и осталась довольна своей работой. Между деревьями уже начал просачиваться мягкий вечерний свет цвета сепии. День снова клонился к концу. Последнее дело на сегодня было закончено. Теперь здесь в любое время года будет что-то, от чего будет радоваться сердце.

Ранней весной, словно приподнимая промерзшую землю, здесь будут пробиваться подснежники. Когда весна войдет в свои права, у бамбуковой рощи, вдоль самой границы участка, зацветет ирис. Надо будет сказать об этом Гэндзи-сан, когда я его увижу: пусть, выкапывая бамбуковые побеги, не повредит цветы — я ведь их там специально посадила. Каким бы он ни казался на вид, к цветам Гэндзи-сан относится бережно, так что с этим, пожалуй, все будет в порядке. В начале лета, словно жилище фей, посмеиваясь, появятся колокольчики. В разгар лета прохладно-белые плети сэннинсо [14] переплетутся между деревьями и будто кружевом украсят пространство за пнями. Потом у корней мискантуса начнет подниматься нанбангисэру [15], возвещая о приближении конца лета. А там уже в раннем осеннем ветре аденофора станет покачивать множеством крошечных колокольчиков. С осени до зимы будут пышно цвести хризантемы, а когда подует северный ветер, на темной стене леса, окружающей это святилище, тут и там повиснут алые плоды карасуури [16], как огненный занавес из маленьких фонарей. А у самой земли под деревьями ягоды ардизии нальются красным и будут согревать своим видом в холодные зимние дни.

А потом, спустя много-много лет, когда девочка вырастет и однажды снова придет сюда, сквозь просветы между деревьями и колышущуюся листву до нее доберется мягкий ветер и шепнет ей на ухо именно те слова, которые в тот момент ее сердце больше всего захочет услышать.

И она непременно их услышит.

Послесловие

В первом издании «Ведьма Запада мертва» указано, что книга вышла 19 апреля 1994 года; сама же рукопись была создана по меньшей мере за два года до этого, поэтому можно сказать, что с момента написания книги прошло уже более четверти века. Я чувствую тихую, щемящую радость оттого, что снова могу представить вам мой скромный роман в подобающем ему незамысловатом оформлении. Я глубоко тронута, что в этот раз мне удалось добавить монолог бабушки Май, который двадцать пять лет назад я так и не смогла облечь в слова, хотя его направление и смысл мне уже были понятны.

Было ли еще время, когда жить просто, скромно и искренне было настолько трудно? Общество все сильнее стремится сбиваться в стаи, все настойчивее ищет громогласного лидера, а серьезность и честность самостоятельного мышления все чаще становятся предметом насмешки, а порой даже воспринимаются как угроза. Заметнее становится стремление вытеснить, отторгнуть все чужеродное, все непохожее.

Двадцать пять лет назад я робко смотрела на эту книгу и думала: кому она может оказаться нужна, кроме меня самой и женщин со схожим душевным складом? Теперь же, когда я приблизилась к возрасту бабушки Май, мне хочется отправить ее в путь.

Счастливого пути.

Не обращая внимания на пол и возраст, иди туда, где ты нужнее всего, будь рядом с людьми и, насколько тебе хватит сил, стань им поддержкой.

Пусть и не очень громким голосом, но мы можем говорить друг с другом, можем делиться мыслями.

Пусть и эта книга шепчет вам об этом.

Весна 2017 года,

Кахо Насики