Читать книгу 📗 "Искра и сталь (ЛП) - Морган Донна"

— Дела продвигаются медленно, моя Госпожа, — произнес он. Колени ныли от долгого стояния на плитке, и он тяжело переступил с ноги на ногу. — Найти добровольцев для путешествия на север в это время года становится все труднее. Климат там крайне неприятный.

Он замолчал, ожидая ответа. Он рискнул бросить взгляд на колышущуюся фигуру перед собой. Силуэт, сотканный из вихрей теней, был женским. Ни лица, ни рук не было видно, словно она была укутана в траурную вуаль. Так она и получила свое имя — Женщина в Вуали.

— Тогда используй тех, кто не желает, — отозвалась она. Ее голос был таким же бесплотным, как и внешность, казалось, она шепчет откуда-то издалека. — Возможно, тебе стоит подать пример своим последователям и самому возглавить поход на север.

Гализин побледнел, его багровое лицо под маской взмокло от пота. Покидать Азраш он не собирался даже по приказу призрачной ведьмы. Мозг лихорадочно заработал. Он не променяет богатство и роскошь Аполциса на изнурительный поход в ледяное сердце Орстадланда.

— Моя Госпожа, ходят слухи о монстрах, убивающих людей по ночам в Орстадланде. Особенно в том регионе, куда вы нас направили. Люди охотнее отправятся туда, если там будет безопасно.

Он осмелился поднять взгляд на фигуру. Ее голова склонилась набок, словно она взвешивала его слова.

— Если в вашей власти даровать безопасность нашим людям, я мог бы возвести город вокруг места раскопок. Это стало бы прибежищем, куда люди потянулись бы сами.

Тишину нарушал лишь далекий гул города. Гул жизней, которые шли своим чередом, пока он в молчании преклонил колени перед Женщиной в Вуали.

— Ты говоришь мудро, — фигура качнулась, будто кивая. — Да будет так. Я вернусь через три ночи и принесу защиту, о которой ты просишь. У тебя будет дар для твоей паствы, который убережет их от того, что охотится во тьме. Взамен ты удвоишь усилия, чтобы достать мне мою реликвию.

С этими словами она исчезла.

Гализин поднялся на дрожащих ногах и бросился срывать крышку с ближайшей корзины с миклеанами. Ему нужно было много света. Окружив себя сиянием, он сбросил одеяние и сорвал маску, швырнув ее на груду ткани на полу. Наконец-то он мог дышать. Он ненавидел маску больше всего на свете. Какой-то подлиза в прошлом решил, что они должны носить их в знак почтения к Женщине в Вуали, и эта идея, к его раздражению, прижилась. Теперь люди ждали от него этой маски, этой анонимности. Она делала их смелее.

Руки его тряслись, когда он наливал себе большой стакан бренди и залпом осушал обжигающую жидкость.

— Проклятая богами блядская/ебаная ведьма.

Дрожь в руках утихла, алкоголь немного успокоил нервы, и он вышел на веранду. Лунный свет заливал расстилающийся внизу город.

Что бы ни представляла собой эта реликвия, которую она искала все эти годы, она должна была стоить всей той крови и пота, что были вложены в поиски. Церковь уже три года финансировала раскопки на склоне холма в Орстадланде, основываясь лишь на обещании: когда она получит погребенный там артефакт, боги вернутся. И, разумеется, люди, способствовавшие этому, станут самыми приближенными и возвышенными из всех.

Глава 24

Мы отступаем, но эльфы не отстают ни на шаг. Каждую ночь они изматывают нас, но никогда не доводят дело до конца. Похоже, они забавляются с нами, не стремясь убить сразу. Капитан мертв, так что нас осталось всего двенадцать.

Выдержка из дневника Джаса Элуолка, пикинера Второго Мерексианского регулярного полка. Первая Кровавая война.

Я стояла на деревенской площади Уиллоубрука, в воздухе висел запах дыма. Небо было чернильно-черным. Ни солнца, ни лун. Ни звезд, ни облаков — лишь пустая бездна. Я не могла смотреть на него без болезненного, щемящего чувства в глазах. Дома и лавки были пусты. Вокруг ни движения, ни птиц, ни насекомых. Одиночество и чувство покинутости отозвались ноющей болью в груди.

Сквозь деревню под сенью ивовых ветвей протекал ручей. Журчание воды было единственным звуком, который я слышала. Не зная, что еще делать, я бесшумно побрела к берегу. Опустившись на колени, я вгляделась в свое отражение.

Но этого не могло быть. Из воды на меня смотрело лицо, застывшее вопреки течению. Это было мое лицо, но кожа отливала темно-серым, а вокруг рассыпались волосы цвета лунного света. Это было не отражение, а призрак. Повинуясь порыву, я протянула руку, желая коснуться этого усталого образа.

Я замерла, как только кончики пальцев коснулись воды. Паника охватила меня: призрачная рука вцепилась в мою ладонь, пытаясь утянуть вглубь. Ощущение было ледяным. Холоднее, чем должно быть, а через несколько мгновений онемение сменилось жгучей болью. Лицо в воде исказилось, глаза налились красным, источая ненависть.

— Я найду тебя, Носительница Искры.

Слова прошили меня насквозь, точно порыв зимнего ветра.

Я попыталась вырвать руки, но меня крепко держали под неглубокой водой. Страх захлестнул все тело. Я отчаянно дернулась. Что-то поползло из воды, обвиваясь вокруг запястий. Скользкое, лоснящееся и толстое. Оно сжимало мои руки, пробираясь выше к плечам. Крик застрял в горле, перекрывая доступ воздуху.

Ощущение в руках изменилось — пронзительная боль исчезла, по конечностям разлился жар. Пламя лизнуло ползучую массу, заставляя ее съежиться и отпасть. И пока я с ужасом наблюдала за этим, за спиной послышался шум хлопающих крыльев.

С приглушенным вскриком я распахнула глаза, возвращаясь из кошмара в свою комнату в замке. Мои руки намертво вцепились в одеяло.

Ткань под моими пальцами дымилась.

— О нет. Нет, нет, нет!

Я вскочила с кровати, ожидая увидеть на руках волдыри и ожоги, но кожа была чистой. Я бы и дальше рассматривала свои ладони, если бы постель в этот самый миг не вспыхнула. Тлеющая ткань превратилась в открытое пламя. С шипящим проклятием я стащила одеяла на пол.

Дверь распахнулась, когда я металась вокруг кровати, пытаясь сбить огонь. В комнату ворвался Гвит, его глаза лихорадочно искали источник опасности, пока не остановились на пылающей куче.

— Зубы Тараниса!

Он схватил кувшин с водой у камина и выплеснул содержимое на одеяло, заливая пламя. Я повернулась к нему, дрожа от шока.

— Что случилось? — спросил он. Его взгляд смягчился, когда он увидел меня — бледную и потрясенную.

— Я… я… я не знаю! — ужас из кошмара смешался с паникой от случившегося, и на глаза навернулись слезы. — Я проснулась, и вдруг… вот это.

Гвит подошел и притянул меня к себе, шепча слова утешения. То, что я позволила ему это сделать, было лучшим доказательством моего потрясения. Спустя время дрожь утихла, но я продолжала прижиматься головой к его плечу, вдыхая его запах и позволяя себе почувствовать защиту.

Когда сердцебиение замедлилось, я отстранилась, осознав, что стою в ночной сорочке.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, накидывая темно-красный халат, купленный на новое жалованье.

— Уже почти полдень, а тебя никто не видел. Я пришел проведать тебя и услышал крики. Дверь была не заперта, я вошел.

— Ох… Я редко сплю так долго. Просто в последнее время у меня проблемы со сном.

— Плохие сны?

Я кивнула, избегая его взгляда. Он снова смотрел на меня так, будто пытался прочитать мои мысли. Я держала рот на замке, не желая ничего рассказывать.

— Это из-за того, что случилось с твоей подругой? Мелоди, верно? — спросил он, явно не собираясь оставлять эту тему.

Я ухватилась за эту соломинку:

— Да, Мелоди. Леди Бекка вчера говорила, что есть подвижки, но пока ей нечем поделиться.

Воспоминание о скользкой плоти на моей коже вызвало приступ тошноты. Желчь обожгла горло, а в груди вспыхнуло нечто иное — горячее и тесное.

Гвит глубоко вздохнул, сжав губы.

— Слушай, ты пропустила занятие с Тараном. Как насчет того, чтобы потренироваться со мной? — спросил он, и я заметила, что его рубашка промокла от пота. Он тренировался до того, как прийти сюда. С приближением турнира в честь дня Бриг тренировочные площадки в последнее время были забиты до отказа.