Читать книгу 📗 В его постели по контракту (СИ) - Гримвуд Алрия

— Ты предлагаешь изменить правила игры.

— Я предлагаю поднять ставки. Ты хочешь играть в Бога? Тогда давай. Но помни — даже у Бога есть свои слабости. Его тщеславие. Его потребность в поклонении.

Он медленно сел, его обнаженное тело в лунном свете выглядело высеченным из мрамора. Он взял у нее из рук бокал, отпил, не сводя с нее глаз.

— И что ты предлагаешь, моя маленькая еретичка?

— Новый контракт. Устный. Ты перестаешь приказывать. Ты — соблазняешь. Ты — провоцируешь. А я… — она улыбнулась, холодно и остро, как лезвие, —…я решаю, поддаться ли мне. Или заставить тебя пойти на уступки.

Он рассмеялся — тихо, уважительно.

— Дерзко. Безумно. И чертовски привлекательно. — Он протянул руку, не чтобы схватить ее, а чтобы провести пальцем по ее щеке. Жест был почти нежным. — Хорошо. Играем по твоим правилам. Но предупреждаю — я не собирается проигрывать.

— Я на это и рассчитываю.

Он наклонился и поцеловал ее. Медленно, глубоко, без спешки. Это был не поцелуй завоевателя. Это был поцелуй равного. Противника. Любовника.

Когда он оторвался, в его глазах горел новый огонь. Не голод хищника, а азарт игрока, нашедшего достойного партнера.

— Начинаем сейчас.

Глава 10

Новые правила вступили в силу на следующее утро. Лео не приказал ей остаться. Он просто сказал: «Завтрак на террасе в восемь. Если хочешь».

Она пришла. В его рубашке, с мокрыми от душа волосами. Он уже ждал ее, разливая кофе. Вид с террасы был ошеломляющим — весь город как на ладони. Он был одет в темные брюки и простую футболку, облегающую его торс. Он выглядел человечным. И оттого еще более опасным.

Они завтракали, обсуждая последние новости, новые сделки. Все как в офисе, но с одним отличием — теперь он спрашивал ее мнение не как профайлера, а как равного. Он провоцировал ее, бросал интеллектуальный вызов, и она с наслаждением принимала его.

После завтрака он не повел ее в спальню. Он просто встал, подошел к перилам террасы и, глядя на город, сказал:

— Я хочу тебя. Сейчас. Здесь. Но я не буду принуждать тебя. Я буду ждать, пока ты сама подойдешь ко мне.

Элис осталась сидеть за столом, доедая тост. Ее тело сразу же отозвалось на его слова знакомым жаром. Но теперь это было иначе. Это была не паника потери контроля. Это был сладкий, мучительный выбор.

Она наблюдала, как он стоит, расслабленный, но мощный, как скала. Солнце грело его кожу. Она знала, что он чувствует ее взгляд. Знает, какая борьба происходит внутри нее.

Она медленно поднялась и подошла к нему. Не как покорная рабыня, а как соучастник. Она остановилась вплотную за его спиной, не прикасаясь к нему.

— Я здесь, — тихо сказала она.

Он не обернулся.

— И что теперь?

— Теперь… — она прижалась к его спине, обняла его за талию, чувствуя под тканью футболки жесткие мышцы его живота. —…теперь ты должен убедить меня.

Он повернулся в ее объятиях. Его глаза пылали.

— Охотно.

Он не стал срывать с нее рубашку. Он начал с медленных, почти ленивых поцелуев. Его губы скользили по ее шее, плечам, открытым пуговицам рубашки. Его руки скользили по ее бокам, бедрам, не хватая, а лаская. Он разжигал в ней огонь, капля за каплей, не торопясь, наслаждаясь процессом.

Она стонала, ее тело извивалось, требуя большего, требуя грубости, к которой он ее приучил. Но он был неумолим. Он заставлял ее ждать. Заставлял просить.

— Лео… пожалуйста…

— Пожалуйста, что? — он прошептал ей в ухо, его зубы слегка сжали мочку.

— Я не знаю… просто не останавливайся.

Он рассмеялся, его дыхание было горячим на ее коже.

— Нет. Скажи мне, чего ты хочешь. Языком власти. Ты же его знаешь.

Она зажмурилась, стыд и возбуждение боролись в ней.

— Я хочу… чтобы ты взял меня. Здесь. Сейчас.

— Как? — он настаивал, его пальцы скользнули между ее ног, но не вошли, а лишь кружили вокруг чувствительного бугорка, сводя ее с ума. — Как ты хочешь, чтобы я тебя взял? Жестко? Нежно? Скажи.

— Жестко, — выдохнула она, и это было похоже на молитву. — Пожалуйста, Лео. Я хочу чувствовать тебя в себе весь день. Хочу, чтобы мне было больно сидеть.

Триумфальная улыбка тронула его губы.

— Как прикажешь.

Он развернул ее, наклонил над перилами террасы. Вид на бездну под ними заставил ее голову закружиться от страха и восторга. Он поднял подол рубашки, освободив ее ягодицы, и без прелюдий, одним мощным, точным движением вошел в нее сзади.

Она вскрикнула, ее пальцы вцепились в холодный металл перил. Это было именно то, о чем она просила — жестко, властно, почти болезненно. Но теперь это было ее решением. Ее выбором. И от этого наслаждение было в тысячу раз острее.

Он двигался в ней с животной силой, его руки сжимали ее бедра, его губы прижимались к ее спине. Она кричала, не стесняясь, зная, что их могут услышать, и это знание лишь подливал масла в огонь. Она была его. Добровольно. И в этой добровольности была ее победа.

Когда они оба достигли пика, ее крик слился с его рыком в едином звуке торжества и капитуляции. Он не просто кончил в нее. Он отметил ее как свою, но по ее собственному желанию.

Он вынул себя и помог ей выпрямиться. Ее ноги дрожали. Он обнял ее за плечи, прижал к своей груди. Его сердцебиение было таким же частым, как у нее.

— Ну что? — он прошептал ей в волосы. — Довольна?

— Это был только первый раунд, — ответила она, поворачиваясь и целуя его. Вкус его, вкус себя, вкус власти — все смешалось. — Но да, пока неплохо.

Глава 11

Новая фаза их игры оказалась и сложнее, и опаснее. Теперь их психологическая борьба велась на поле взаимного соблазна. Лео больше не использовал грубую силу. Он использовал знание. Знание ее тела, ее тайных фантазий, ее слабостей.

Он мог целый день вести себя с ней как с коллегой — уважительно, почти отстраненно. А вечером, во время ужина, под столом его нога могла медленно подняться по ее голени, заставляя ее задыхаться и путать слова. Он шептал ей на ухо похабные комплименты, пока она разговаривала по телефону с клиентом, и наблюдал, как краснеют ее уши.

Он манипулировал ее возбуждением, как дирижер оркестром. Он доводил ее до грани, а потом отступал, заставляя ее умолять о продолжении.

Как-то раз, после долгого дня переговоров, он привел ее в комнату с домашним кинотеатром.

— Расслабься, — сказал он, усаживая ее в мягкое кресло. — Ты заслужила отдых.

Он включил какой-то артхаусный фильм. Но через пятнадцать минут на экране началась откровенная, почти жесткая любовная сцена. Элис пыталась не смотреть, но ее взгляд прилип к экрану. Она чувствовала, как нарастает возбуждение, влажнеет между ног.

Лео сидел рядом, невозмутимый, как будто смотрел документалку о природе. Но его рука лежала на ее бедре, большой палец медленно водил по внутренней стороне ее бедра, все выше, и выше.

— Хочешь, чтобы я остановил фильм? — тихо спросил он, его губы коснулись ее уха.

— Нет, — прошептала она, ее голос дрожал.

— Хочешь, чтобы я взял тебя?

— Да… пожалуйста.

Его пальцы скользнули под юбку, нашли ее влажную плоть. Он вошел в нее двумя пальцами, глубоко, и она застонала, ее голова упала на спинку кресла. На экране в это время мужчина грубо брал женщину, прижав ее к стене, и ее крики сливались с ее собственными.

Лео двигал пальцами в такт движениям на экране, его большой палец терся о клитор, сводя ее с ума. Она была полностью в его власти, ее тело реагировало на его прикосновения и на визуальный ряд, который он для нее подобрал.

— Кончай, — приказал он, и его голос был горячим у нее в ухе. — Кончай, глядя на то, как он ее унижает.

Ее тело взорвалось от стыда и наслаждения. Она закричала, ее бедра дергались, сжимая его пальцы. Он не останавливался, пока последние судороги не отпустили ее.

Когда она открыла глаза, на экране уже шли титры. Лео сидел рядом, все так же спокойный, вытирая пальцы о носовой платок.