Читать книгу 📗 "Париж и его обитатели в XVIII столетии. Столица Просвещения - Карп Сергей"

Одной из немногих обязанностей парижского губернатора — отголоском утраченных им военных полномочий — было участие в жизни королевской компании аркебузников, и в частности, присутствие на соревнованиях по стрельбе, которые устраивались в саду их особняка на улице Рокет (мишенью для стрелков служили птицы). В конце Старого порядка это военизированное подразделение, созданное еще в 1524 г. для защиты города, переживало глубокий кризис: вместо положенных по штату 250 стрелков оно насчитывало в 1762 г. всего 51, а в 1775 г. — и вовсе 18 человек! Компания владела замечательной коллекцией стрелкового оружия, однако ее члены — по большей части небогатые торговцы и мелкие клерки Шатле — и сами давно поняли, что взносы, которые им приходилось платить, слишком высоки, что иерархия внутри подразделения слишком анахронична, а ее церемониал явно устарел. О практической значимости аркебузников для города в те времена можно вообще не говорить. Получается, что даже эта функция губернатора, в сущности, была фиктивной, так что Мерсье нисколько не преувеличивал, когда писал: «Как далек парижский губернатор от лондонского лорда-мэра! губернатор время от времени появляется на улицах Парижа в прекрасном экипаже, с целой свитой лакеев, нанятых только для того, чтобы носить ливрею. Он бросает населению (с крайней умеренностью) монеты в двенадцать су, а на другой день после этого представления опять превращается в полнейшее ничтожество».

Вернемся к реальной городской власти, которую символизировала собой Ратуша — величественное здание в ренессансном стиле на правом берегу Сены. Парижские муниципальные органы обосновались на восточной стороне Гревской площади (в XIX веке она стала называться Ратушной) еще в 1357 г., в правление знаменитого прево торговцев Этьена Марселя. Именно тогда муниципалитет занял стоявшее там здание (так называемый «Дом на сваях»), складировал в нем оружие, хранившееся на случай обороны города, и обустроил большой зал для заседаний. В XVI и начале XVII столетия на месте старого здания в несколько этапов поднялось новое, построенное по чертежам итальянского архитектора Доменико да Кортоны. Здание простояло почти три столетия, но 24 мая 1871 г., в дни Коммуны, восставшие парижане облили этот символ власти нефтью и подожгли, поэтому нынешняя Ратуша — всего лишь реконструкция сгоревшей, выполненная в конце XIX века.

Чтобы разобраться в том, как формировались органы городского управления, необходимо иметь в виду, что в XVIII столетии столица Франции была поделена на кварталы двумя совершенно различными способами. С одной стороны, город был разбит на двадцать примерно равных по площади «полицейских кварталов». Именно эта сетка чаще всего отражается на планах того времени, и именно это деление мы обычно имеем в виду, когда говорим в этой книге о парижских кварталах. С другой стороны, в Париже продолжало действовать унаследованное от Средневековья деление на шестнадцать исторических «муниципальных кварталов». На нем основывалась система муниципальных выборов.

В давние времена деление на «муниципальные» кварталы служило основой для формирования городского ополчения. В каждом квартале действовали шестнадцать «десятников» и четыре «пятидесятника» из числа торговцев и ремесленников. Они командовали соответственно десятком или полусотней горожан-ополченцев, а сами, в свою очередь, подчинялись «квартальному». В XVIII в. парижских буржуа под ружье уже никто не ставил, однако прежние правила отменены не были. Правда, желающих занять пост «десятника» или «пятидесятника» становилось все меньше и меньше: несмотря на низкую стоимость их патентов — от 450 до 600 ливров, — в 1762 г. из 64 вакансий «пятидесятников» заполненными оказались только 18, и на весь Париж имелось только 72 «десятника» вместо прежних 256. Зато должность «квартального», который избирался на ассамблее «десятников», «пятидесятников» и влиятельных горожан, открывавшая перед ее обладателем заманчивые перспективы, по-прежнему была востребованной, хотя стоила гораздо дороже: 16–20 тыс. ливров. Дело в том, что к концу Старого порядка «квартальные» уже освободились от забот о городском ополчении. В их функции теперь входило участие в работе Городского корпуса (Городского совета) и составление списка нотаблей, которые тайным голосованием выбирали в каждом квартале четырех выборщиков. Двое из этих выборщиков, отобранные в самый последний момент на основании жеребьевки, включались в состав Городского корпуса и принимали участие в голосовании по кандидатурам эшевенов и прево торговцев. Таком образом, роль «квартальных» на первом этапе выборов была очень велика. Но преимущества их постов этим не ограничивались — сами «квартальные» располагали реальными возможностями пройти в эшевены.